Героиня вынуждена найти общий язык с новым начальником — сыном владельца компании, чей стиль управления напоминает джунгли. Перед ней стоит выбор: приспособиться к хаосу или остаться верной своим принципам. Ипотека и стремление к независимости заставляют искать выход из сложившейся...
Его глаза сверкнули, и у меня, кажется, поджарились пятки.
– Вот и извинились, – буркнул он. – Идите работать.
– А приказ почему…? Куда?
– Вы что, первый день в компании работаете? – зло процедил он. – Подпись! И в кадры!
– Но я же не собиралась… в мае… – моргнула я, теребя в руках злосчастный приказ.
– На Мальдивы вам командировку никто не оформит! – отрезал он. – И не надейтесь! Вы почту не читаете вообще?! Деньгами Бауфф не выдаёт!
Э-э…
Но тут зазвонил телефон, и он указал мне на дверь. Пришлось ретироваться. Кажется, извинения не задались, а вот плакать хотелось.
В почте я нашла письмо, пересланное Андреем Викторовичем от Бауффа, в котором говорилось, что тур на Мальдивы ради более высокого качества отдыха любимым партнёрам переносится на конец мая. Также прилагался поимённый список приглашённых. Моё стояло рядом с Андреем. И ещё имен двадцать – в основном, пар с одной фамилией на двоих. Фото отеля, лазурный океан, белый песок и пальмы с бунгало призывали расслабиться в раю.
Я вспомнила глаза царевича пять минут назад и поёжилась. Мне, кажется, к раю будет прилагаться персональный дьявол. Он наверняка и складной котёл возьмёт с собой…
Я отнесла приказ в отдел кадров, снова ловя на себе не очень любящие взгляды. Подумала: а что, если отказаться? Пусть действительно выберут лучшего сотрудника. Ведь меня правда, выбрал только Андрей Викторович. И то случайно. Наверняка уже жалеет об этом. Хотя я никогда не была Мальдивах…
На обед я не пошла – какой смысл давиться всеобщим неодобрением? Одна Анечка выглядела доброй, но и от её приглашения я отказалась. Заварила в кружке овсянку, которая у меня хранилась на чёрный день в ящике стола, и продолжила работать.
Андрей Викторович пришёл в поиске Ани, но не найдя её, не сказал мне ни слова. Его лицо было всё таким же каменным. Красивым и жёстким. И как бы страшно мне ни было от его гнева, захотелось что-то сказать, привлечь внимание. Но он поспешно ушёл.
Дырокол на пол упал зря… Я загрустила. Лучше бы подшучивал… И заставил краснеть. На распечатанное письмо упала солёная капля.
– Ты чего, Катюша? – послышался голос Анечки.
Я мотнула головой и вытерла нос платком.
– Ничего. Всё в порядке.
– Конечно, неприятно, – сочувственно сказала она. – Позавидуют и перестанут. Забудут.
– Угу, – сказала я.
– Слава Богу, оба Жирафа куда-то уехали. Можно вздохнуть, – улыбнулась Аня.
Я кивнула, надела наушники и углубилась в перевод.
