Полина смеется над сообщениями о том, что ее подруга "он" вновь звонит из ГАИ. Моя подруга Лиля опасливо прячет смартфон за спину и закидывает ногой на стол. Я же забираю телефон и фыркаю — участковый, оперуполномоченный... да еще и гаишник? Она ведь вообще не умеет вождение! Снова звонок из ГАИ заставляет Полину хихикнуть, а Лилю прижать руки к уху....
— Вот и познакомились, — снова улыбнулся я, — поехали, начинающий алкоголик, отвезу тебя домой.
— Куда? — кажется, я снова умудрился ее шокировать.
— Расслабься, пользоваться тем, что ты пьяна, я не собираюсь. Отвезу в общежитие, завтра продолжим разговор.
Она скептически скривилась, но ничего говорить не стала. Сидела, вытянувшись в струну, ни на секунду не позволяя себе расслабиться.
— Только припаркуйтесь в сторонке, чтобы никто не видел, с кем я приехала, — попросила Синицына уже по дороге. — Только слухов мне не хватало.
Я притормозил за квартал от общежития и покосился на Полину:
— Так пойдет?
— Да, спасибо.
Она медленно покинула салон и побрела к общежитию. Я вышел за ней, проследил, чтобы точно дошла, только после этого вернулся, достал мобильный и набрал номер:
— Где ты есть, купидон в погонах?..
Глава 23
Полина
Утром я боролась с собой и болью во всем теле. Мышцы болели так, что я сама себе казалась неповоротливым роботом, который к тому же заржавел. Клялась и божилась сама себе, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах алкоголь не попадет в мой организм, потому что надеялась на облегчение внутренних страданий, которых не произошло.
«Лучшее избавление от печали — бар, а не литература». Хемингуэй плохого не скажет, — решили мы и ограбили бар отца Лили. Я впервые видела, чтобы подруга не знала, как поступить. Ухажер ей попался настойчивый, видел цель и не видел препятствий, а все фокусы Лили, которые обычно срабатывали с другими, с Громовым терпели сокрушительное фиаско.
Вернувшись в общежитие, я приняла душ и почему-то решила, что предложение Софы — пойти на тренировку с боксерами — хороший способ отвлечься. Всего час нашего общего позора в компании знаменитой великолепной семерки и утром в нашей комнате проснулись два свежеподнятых зомби — я и Марина. Соня осталась ночевать у своего Мартынова.
О себе я старалась не думать. О поцелуе — не вспоминать. О том, что умудрилась наболтать вчера наедине с Русланом Евгеньевичем, — забыть.
Старания мои успехом не увенчались, и на пары я шла хмурая, задумчивая и подавленная. С дикой болью во всем теле мы с Мариной топали на занятия, повиснув на локтях Карена.
— Недоброе утро! – хмуро поприветствовала нас Соня, такая же замученная, но красиво восседающая на руках Демида.
Мы с Мариной дружно согласились, что утро недоброе и продолжили наше шествие. Спустя несколько мгновений нас догнали Влад и Артур.
