Ни в чем неповинная посуда вдребезги разбилась о стену.
— Свидетелем будете! — крикнула я какому-то старичку в мантии. — Бешенство амбулаторно не лечится!
— Первородные помилуйте! — воскликнул старичок и, словно жук-навозник, зарылся в толпу, которая сосредоточилась в районе выхода, но в зал войти опасалась.
«Трус!» — хотелось крикнуть мне. И ведь одна борюсь за счастье! Практически вырываю его из крючковатых, цепких пальцев судьбы, а Лесар никак мне не помогает. Наоборот, прикрыл лицо руками и то ли страдает по утерянной мне, то ли ржет. Я склонялась ко второму варианту.
— Ты опозорила моего племянника! — орала бабка и, придерживая длинную юбку, носилась за мной вокруг стола.
— Я вашего племянника знать не знаю!..
— Врешь!..
— Больно надо! Даже если бы знала, сейчас об этом жалела бы, сильно сочувствуя парню!
— Себя пожалей, клуша провинциальная!
— От клуши слышу!
— Дамы, стоять! — рыкнул Лесар и сам встал между нами, прикрыв меня собой.
— А что здесь, собственно, происходит? — ворвался в столовую граф Мидр. За ним бежала сестра.
Светка, узрев мою изрядно потрепанную, но не сломленную персону, бросилась ко мне.
— Инни, ты как?
— Держите меня, первородные! Их две! Одинаковых! — выкрикнула противная старушка и лишилась чувств, метко спикировав на стул. Актриса из нее, честно признаться, плохенькая. Ресницы дрожали, глаз дергался, но разоблачать пожилую арсу, сделавшую неправильные выводы, я не стала.
— Я хочу знать, что тут произошло, Лесар?! — повторил свой справедливый вопрос Орас.
— Я как раз делал леди Иннии предложение, когда ворвалась госпожа Гмыра и стала негодовать, очевидно перепутав Иннию с сестрой…
Лучше б не пояснял! Честное слово! Я застонала! В душе, разумеется. Лигель приоткрыла один глаз. У меня даже злость вся испарилась. Гмыра… Как она вообще с таким именем живет?! Теперь понятно, почему у нее такой характер отвратительный.
— Предложение? — нахмурился граф.
— Тебя поздравлять или начинать сочувствовать? — шепнула сестра.
— Себе посочувствуй, — предупредила Светку. — Эта старушенция близкая родственница твоего красавца-жениха.
— У нее есть один весомый и очевидный плюс, — философски заметила сестра.
— Да. Бегает она быстро.
— Нет, Инни. Бег здесь не причем. Она души не чает в своем племяннике.
А я настолько растерялась, что ничего не сказала.
— И что дочь тебе ответила? — еще сильнее насупился Орас и посмотрел на Лесара.
Страж улыбался. На мой вкус, чересчур счастливо, а повода у него не было.
— Поговорим об этом дома, — все же нашла в себе силы ответить я. Неприятно, когда половина академии в курсе твоей личной жизни.
— С вашего позволения, провожу госпожу Лигель.