Воровка древних артефактов успешно очаровала стража и украла то, что нужно. Но теплота его объятий и искренность взгляда оставили глубокую рану в её сердце. Теперь ей предстоит выбор: продолжить опасную игру или признаться в чувствах, рискуя всем, что она построила.
— А если я сейчас ка-а-а-а-ак шандарахну магией? — точно ни к кому не обращаясь, нарочито громко спросила я.
— Не надо! — произнес очень знакомый голос, но ответ потонул в смачном зевке, и на тусклый свет магического шара выбрался полностью одетый Еджайд.
Он не потрудился стянуть с себя даже сапоги… Впрочем, сапог на нем не было. Ботаник щеголял в сиреневом бархатном халате и меховых пушистых тапочках без задников.
Вообще, у меня сразу возник вопрос: почему его не заметила Лойс? Но спросила я то, что и без нянюшки вертелось на языке:
— Что ты здесь делаешь, да еще в таком виде?!
Однако, мне не ответили. Еджайд снова зарылся в подушки и копошился там, пока не нашел пухлую тетрадь. Вместо ответа он на меня еще и наехал:"
"— Инни, где ты ходишь? Битый час тебя жду! Пришлось использовать магическую формулу для отвода глаз, чтобы прислуга меня не заметила. Особенно настойчивой была пожилая арса в зеленом платье!
Вот почему Лойс его не обнаружила! Магия. Ну, хоть что-то вставало на свои места. Но спускать ботанику упреки я не собиралась.
— Так ждал, что заснул и успел выспаться, — покачала головой я. — Тоже мне страж в засаде!
— Погоди кипятиться, — нахмурился Еджайд. — Я, между прочим, в домашней одежде ночью по городу не летаю. А раз я здесь, могла бы давно смекнуть, что дело серьезное. Голову тренировать нужно точно так же, как любую часть тела, Инни. Может даже больше!
И закончил назиданием! Мне даже стыдно на пару мгновений стало, потому что доля истины, как и рациональное зерно, в словах ботаника имелись.
— Молока хочешь? — примирительно спросила я.
— Давно бы так! — гордо вскинул голову недостраж и покинул мою кровать, принимая из моих рук стакан и залпом его осушая.
— Что за дело?
Я не могла отвести взгляд от тетради в руках ботаника. Предчувствие того, что сейчас откроется какая-то древняя страшная тайна, переполняло меня.
— Смотри, это я из книги срисовал, а еще перевел и составил словарь, — плюхнулся рядом Еджайд, но тут же протянул руку и сплел кокон тишины. — На всякий случай, — пояснил он.
В чертежах я всегда разбиралась скверно, а уж когда пояснения написаны на незнакомом языке, состоящем из рунических символов, они совсем становятся непонятными.
— А проще объяснить можешь? Для тех, кто не тренирует голову ежедневно? — прямо спросила я.
— Могу, но хотел, чтобы ты восхитилась проделанной мной работой, — признался ботаник.
