В холле цокольного этажа собирался поток студентов после последней лекции. Я уже почти вышла наружу, когда наткнулась на одногруппницу Маринку, известную своей стремительной информацией. Казалось, что любая новость у нее быстро проползла мимо мозгов и стала достоянием тайны....
Кайо схватил жену за руку, просто приказав ей: — Дорогая, танцевать!
Ну, кто же откажет такому галантному кавалеру? Вот и королева не устояла, хотя на ее лице я не увидела недовольства. Странные отношения. Видимо, король и его королева были идеальной парой, с полуслова понимающей друг друга.
Танцевать монарх умел, любил и делал это легко и изысканно. Партнершу вел уверенно, словно они составляли единое целое. А танец… Он же как маленькая жизнь. Мужчина, неспособный принимать решения, никогда не научится вести свою пару.
— Чисто, — озвучила мои мысли Настасья. Когда только подойти успела?
— Вижу, — печально вздохнула я, потому что смотрела в этот момент не на монарха, а на Свету с ее женихом.
Зал заполнили танцующие пары, и Таэрт пригласил сестру. Он тоже был чист, а еще красив и находчив. Да, мне не понравилось, что он не вступился за Светлану. Я была уверена, что Лесар не стал бы так юлить, высказывая двусмысленности в мой адрес.
По лицу сестры я ничего не могла понять. Она словно застыла, даже сияющие глаза потускнели. Света двигалась, дежурно улыбалась, отвечала на какие-то вопросы, но это была не моя Светка, из нее словно ушла жизнь, остался лишь заведенный механизм.
Странно, а ведь Таэрт друг и Лесару, и герцогу. Что же с ним не так?
— Не понимаю, что не так с Таэртом, — шепнула Настасья. — Кроме Гмыры, в роду Стэвов есть еще арсы. Почти все занимают государственные посты, ни в чем предосудительном не замечены. Супруг утверждает, что во время нападения на него, Таэрт находился совсем на другом краю Аэрлеи по поручению монарха. И членов совета я посмотрела.
— Я пока тоже ничего не понимаю. Возможно, на этот раз интуиция меня подвела.
— А возможно, мы с тобой осуждаем то, что здесь считается непредосудительным, — заметила Настасья. — Мне показалось, что Светлана не слишком счастлива.
Я посмотрела на графа Мидра. Он был хмур и сосредоточен, отец о чем-то беседовал с королевой-матерью. Наверняка, о предстоящей помолвке. Что ж, король сам назвал срок.
