В холле цокольного этажа собирался поток студентов после последней лекции. Я уже почти вышла наружу, когда наткнулась на одногруппницу Маринку, известную своей стремительной информацией. Казалось, что любая новость у нее быстро проползла мимо мозгов и стала достоянием тайны....
И я это я, а та девица никак не может быть мной, потому что стоит далеко и, вообще, ничего подобного не бывает!
— Ваша дочь Слана, милорд! — объявила чужая старушка. И голос ее был чуть ниже, и габаритами она превосходила мою.
— Благодарю тебя, Аора, — сказал ей мужчина.
От сердца отлегло! Не моя бабка! Мою Лойс звали. Я выдохнула и, как только дама в зеленом покинула зал, начала рассматривать свою копию. Недолго, потому что хозяин замка потушил свой шар. Вернее, он просто испарился, как голограмма, которую выключили.
— Приветствую вас на Леандоре, дети мои! Я — граф Орас Мидр, единственный ныне живущий потомок величайшего архимага всех времен Вигмария Фрея, чьими дочерьми вы на самом деле и являетесь!
— Кукушечка устала в тыковке, — констатировала моя копия. Причем, как-то уж очень по родному, потому что мы с интуицией не почувствовали языкового барьера.
— Ага, крышечка слегка съехала.
И мы внимательно пригляделись друг к другу. Нет, внешность, конечно, была другая, но вот знакомые искорки в глазах притягивали взгляд, пробуждая внутри что-то теплое, уютное и вечное.
— Израиля Адамовича знаешь? — выпалила я. Где бы я ни оказалась, а имя таки редкое.
— Адвокат Леонида, — ответила мне копия.
— Светка?!.. — в горле запершило, и вопрос прозвучал почти шепотом. Причем, тихим и каким-то сдавленным.
— Ж-женя… — на таких знакомых и родных глазах незнакомки заблестели слезы.
Мы обнялись, совершенно не обращая внимания на мужчину, и разрыдались от облегчения, пережитого ужаса, обретения и счастья. Все разом.
— Я видела, как ты умерла, — всхлипывала на плече сестры.
— И я, — вторила она, вытирая о мой красивый халат не только слезы.
Идиллию разрушило вежливое покашливание.
— Предлагаю разделить дневную трапезу, а заодно поговорить. Думаю, у вас накопилось немало вопросов, — предложил граф, а точнее, наш новый отец, который на самом деле нам не отец, но точно потомок отца.
Да, тут крышечка на пару с кукушечкой поедет у кого хочешь, но только не у нас. Дело в том, что всю сознательную жизнь ближе Светки у меня никого и не было, а она рядом. Главный вопрос решился к всеобщей радости. Все остальное казалось решаемым и незначительным.
— Но поесть все же не помешает, — словно прочитав мои мысли, сказала Светка. Она часто словами дополняла то, о чем я думала.
