В забытой провинции проходит история о любви и предательстве среди простого народа. Снежный занос обрушивается на тротуар, заставляя главную героиню борматывать свою бездействие, пока мир вокруг вращается. Каждый шаг ведет к невероятной судьбе, где смех и слезы тесно переплетаются с подростковыми секретами и взрослыми роковыми decision....
– Да… романтический ужин готовила для своего парня, – прокомментировала она, – лазанью…
– Ну, капец ты, – Лена удивленно усмехнулась, – там же ингредиенты жесть… типа перо из ж…ы птеродактиля… Проще просто макароны с фаршем сделать.
Я расхохоталась.
Мы еще пообсуждали еду и Маринка, потянувшись, произнесла:
– Ой скорее бы обед, есть хочу, умираю…
Сегодня все принесли с собой еду в контейнерах, поэтому отправились разогревать в старой микроволновке с борщовыми сталактитами по стенам, свои чеплашки. А я, как обычно, решила посетить теть Жанну.
Поймала себя на мысли, что почти надеюсь на это. Но нет, обед прошел гладенько, вкусненько без каких-либо встреч.
Но чем ближе дело шло к концу рабочего дня, тем больше я не хотела домой. Если б не собака, которую нужно будет выпустить погулять и накормить, я бы наверное снова позвала девчонок куда-нибудь пойти. При этом дико хотелось спать, ночь то была просто ужасной.
После работы я медленно плелась на остановку и разговаривала с мамой. Я не стала рассказывать ей об отпечатке ботинка, чтобы не пугать лишний раз. Да и звонить своему руководству, чтобы узнать номер телефона владельца не стала. В свете дня это событие мне казалось смешным. Особенно тот факт, что я подпортила вечер капитану полиции.
– Привет, мам, – поздоровалась я.
– Привет! Ну, как твои дела? – радостным голосом спросила она меня.
– Как обычно, ма, жду когда наконец вернусь домой из этого цирка, – я протяжно вздохнула.
– Перестань, осталось совсем немного. И кстати, у нас новости! – радостно воскликнула она.
– Какие? – от любопытства я даже приостановилась.
– К бабуле прилетает ее подруга, теть Ева, которая живет в Германии, помнишь? – причем это «помнишь» было сказано таким точном, будто престарелая бабушка Ева являлась шальной императрицей.
– Ну и что? – я никак не могла понять в чем радость то? Нет, бабушке то конечно счастье. А мы то здесь при чем?
– А то! Прилетает она не одна! А с Робертом!
– С кем?!
– Ой, не говори мне, что ты забыла его… с внуком!
Я вспомнила кудрявого голубоглазого пацана, с которым мы вроде как испытывали друг к другу симпатию… лет эдак в двенадцать… пока они не переехали жить в Германию.
– А… ну помню, – я пожала плечами. В чем там радость я так не поняла.
– И…
– И?
– И он не женат! – радостно закончила мам.
– О че-е-е-ерт, мам! Прекрати! – я закатила глаза.
