В забытой провинции проходит история о любви и предательстве среди простого народа. Снежный занос обрушивается на тротуар, заставляя главную героиню борматывать свою бездействие, пока мир вокруг вращается. Каждый шаг ведет к невероятной судьбе, где смех и слезы тесно переплетаются с подростковыми секретами и взрослыми роковыми decision....
– Куда ты? – крикнула Лена, но я шла напролом, как медведь сквозь кусты с малиной.
Что я делаю? Что я делаю?
Сама не понимая, как поступлю в этой ситуации я продолжала переть навстречу Илье. Он увидел меня. Слегка вскинул бровь, видела, что удивление проскочила в его глазах. А меня накрыло, воспоминания вчерашнего вечера просто вышибли из более или менее разумного состояния. Вообще-то я хотела сказать «привет», ну или на крайняк вылить стакан компота на голову Людмиле.
Вместо этого я просто сходу подлетела к Илье, наклонилась и поцеловала его.
Мне кажется охренели все. И он. И все сидящие за столом. И тетя Жанна, а она сто пудов видела этот прекрасный лирический момент, когда мои волосы опустились в его кружку чая, в то время как губы прижимались к его губам. И я. Я охренела больше всех.
Первая моя мысль была – я скучала по этим губам. Вторая – что я буду делать, если он меня оттолкнет.
Но он не оттолкнул. Слегка ответил на поцелуй и горячей ладонь коснулся моей щеки, как бы слегка отодвигая мое лицо, что означало хватит.
Я отстранилась, но совсем немного, на пару сантиметров. Илья уже совладал с эмоциями, спрятал удивление куда подальше и теперь смотрел на меня абсолютно невозмутимо. Так, словно каждый день в столовке после плотного обеда его целуют взбесившиеся девицы.
– Привет, – шепнула я ему.
– Я все понял, – также тихо ответил он мне, – ты сумасшедшая…
Я расхохоталась и выпрямилась. И сказал уже громко, так чтобы слышали все:
– Вечером жду тебя, ладно? Сделаю голубцы…
Какие нафиг голубцы? С чего я вообще…
Может я и правда с катушек поехала? Было ощущение, что мое тело отделилось от разума и творит нечто неподдающееся нормам, правилам и стандартом.
Голубцы, блин…
И не дожидаясь, когда капитан Перебейнос откажет, или будет молчать, как рыба, поставив меня в положение дурочки я радостно сообщила всем сидящим за столом с открытыми ртами:
– Привет всем!
Затем развернулась и пошл к девчонкам, которые как раз неподалеку заняли столик и тупо пялились на меня, даже не разделись.
– А это вообще чЕ сейчас было? – с шипением спросила Маринка.
– Я сама не знаю, – ответил и уселась на стул, мои руки дрожали.
– Вы уже брали еду? Спросила я у подруг."
"– Какая нах… еда, – выдала Лена, – мы так офигели что… вон куртки еще не сняли…
Они разделись все также пялясь на меня.
– Ладно, пошлите за супом, потом объясню все…, – скомандовала я, делая вид, что вовсе не растеряна.
Илья и коллеги уже оделись и шли к выходу.
