В Нижнем Новгороде разгорается настоящий бой на трассе, где полицейский капитан и его подчинённые выжимают максимум из автомобилей. Вдруг кажется, что мир перевернулся — радио вдруг громко проклинает всех предателей. А вокруг всё становится мрачнее...
— Он же жив!
— Он жив, но времени мало. — Обычно не пьющий Влад залпом опустошил кружку. — Надо утвердить список того, что нужно вывезти. Прикинуть куда. Предлагаю сделать перевалочный пункт где-нибудь в горах, часах в двух лета обычного ББ-2. То есть примерно в тысяче километров от Савино. В этом случае мы сможем вывезти все не очень крупногабаритное. Если малый совет утвердит такую схему, нужно уже сейчас посылать группу, чтобы готовила место.
— А если он через сутки очнётся? — всхлипнула Катя, уже севшая на поднятый Святом стул.
— Тогда отменим это и назад все перетаскаем. — Влад повернулся к Святу, достал листок и положил на стол. — Вот тут я выписал людей, которым надо в первую очередь сообщить.
— Клаву ещё нужно добавить.
— Какую Клаву⁈ — Свят махнул рукой. — Она такой ор поднимет.
— Добавь, я тебе говорю!
— Да нельзя, она…"
"— Милый, — голос Кати дрогнул. — А ты с кем разговариваешь?
— Как с кем, с…
Глаза рыжего вдруг распахнулись, и он резко отодвинулся от стола.
— Иваныч!
Фея почувствовала желание здоровяка и превратилась в фиолетового пони.
— Как же я рад тебя видеть! — Свят, а следом и остальные тут же подскочили к хранителю и едва его не раздавили.
— Я в больницу! — первым пришёл в себя Влад.
— Не торопись! — остановил его Гензо. — Всё прошло успешно, но Диме нужен отдых.
— Тогда я к себе! — Катя рванула к дверям.
— И я к тебе! — Свят бросился за ней.
— Прав был Дима, — ехидно произнёс Гензо, оглядывая заставленный кружками стол. — Стоит на несколько часов в кому впасть, так все сразу в запой уйдут.
* * *То, что очнулся, я понял далеко не сразу. Перед глазами продолжали мелькать бессвязные картинки, а за ними сиять выжигающее мозг солнце. Просто в один чрезвычайно приятный момент к этому добавились два голоса.
— Димочка, ещё чуть-чуть, потерпи, родной, мы почти справились! — кричала Акаи.
— Любимый, держись, я рядом, — шептала Мила.
А ещё через какое-то время солнце вдруг померкло и боль немного отступила.
Уже таких изменений было достаточно, чтобы заорать от радости, но вместо этого, как только осознал себя, я сразу же принялся втягивать всю энергию, до которой дотянулся, и направлять её прямиком в те участки как физического, так и магического тела, которые пострадали больше всего.
И вот только тут почувствовал настоящее облегчение.
— Дима! — выдохнула Акаи.
