В отеле элегантного уровня главный герой находит себя в неожиданной ситуации: уединенном номере среди иностранной пары спящих в глубокой ночи. Этот инцидент запечатлевается в его воспоминаниях, как начало незаметной и захватывающей любовной истории.
– Эмма, привет, – на той стороне кто-то тоже грустил. Мужчина, и я явно его знала.
– Говард?
– Да, это я. Слушай, у меня плохие новости. Прости, я прямо вестник с неприятностями.
У меня ухнуло в груди – бешено заколотилось сердце.
– Что случилось?
– Ты можешь подойти к кабинету Хьюго? Только тихо. Я буду ждать у лифта.
– Да, конечно.
Я нажала на стоп и тут же нужный этаж, меняя направление. Множество самых разных сомнений и предположений разрывали голову на части. Где Хьюго? Почему он не позвонил, если сам пригласил меня? И почему я должна быть тихой?
Когда двери открылись с легким шорохом, первым, кого я увидела, оказался Говард.
– Мне так жаль, Эмма. Клянусь, я сам в полном шоке. Приехал поговорить с ним, но он сказал, что занят, что у него планы…
Я кивнула – да, планы. Наш обед.
– А потом вызвал потрясающую красотку в кабинет и выставил меня, – продолжал Говард. – Они отпустили секретаршу и…
– И?
– Сама посмотри.
Я вскинула руку, останавливая поток шепота в свое ухо. Решительно приблизившись к кабинету, остановилась и… трусливо потянула дверь на себя. Затаив дыхание, боясь увидеть то, о чем так тщательно вещал Говард, я уставилась на стол мужа, затем на кресла и, наконец, на диван…
В первый момент у меня дрогнули губы и закружилась голова.
Я пошатнулась, а Говард, находившийся рядом, потянул меня в сторону, попытавшись закрыть дверь.
– Вот такие дела, – сказал он печально.
И я бы поддалась. Честное слово, просто ушла бы, спрятавшись со своей болью где-то в темноте, горько поливая себя и свои надежды слезами.
– Рита? – спросила тихо.
Дверь закрылась под натиском Говарда.
– Да, – тихо ответил он, – это его помощница. Та шикарная женщина. Я ведь говорил тебе, он не может без…
Я оттолкнула Говарда и снова открыла дверь, на этот раз ворвавшись в кабинет и решительно преодолевая разделяющее нас с мужем расстояние.
Он не шевелился и Рита тоже. Голова Хью была запрокинута, рот приоткрыт, а глаза закрыты.
