В новой части, как всегда живописной и трогательной, братья с дедом и бабкой отправляются в поход в деревню. Фантазия детей переполняет их, а жажда сделать мир лучше не утихает. Оказавшись в новой обстановке, читатели окунутся в удивительную историю о дружбе и взрослении, где каждый герой становится более собой....
– Простите, – обратилась к нему мама. – Так у вас нет электричества?
– Э-э-э-э. Дорогая красавица, зачем мне электричество-шмиликтричество? Кругом воздух, природа. Там в речке вода. Тут печь, мангал. Только гор не хватает. Сейчас шашлык готов будет, песни начнём петь.
Тут и до папы дошло.
– А как же тогда ваш автомат работает без электричества?
– Какой автомат? – не понял дядя Анзори.
– Ну, ракета или самолёт. Что там у вас на заднем дворе? Как там без электричества сейчас дети наши качаются?
– А-а-а-а-а, ты про него.
– Нет, конечно, – ответил папа.
– А дети твои там, – дядя Анзори гордо развернулся и ушёл в кафе, оставив транзистор дяде Мише. Тот только тихонько посмеивался.
– Пойду я посмотрю, – мама встала из-за стола. – Не хватало, чтобы они ещё в космос действительно какой-то улетели. С машиной пронесло, так теперь ракета какая-то. Надо было сразу пойти проверить.
Мама ушла, а папа остался сидеть за столом.
– Что, Анзор всё ещё продаёт билеты на свой аттракцион? – дядя Миша включил транзистор и теперь крутил ручку настройки. – Не вы первые. Как кто с детьми остановится, так сразу он предлагает за 50 копеек на ракете покататься.
– Так он же обманывает, – возмутился папа.
– А разве он вам говорил, что автомат работает? А детям, в принципе, нравится. Им-то что? У них фантазия, дай бог, и без электричества работает. Как вечный двигатель.
– Это да, – согласился папа. – Особенно у наших. Сам боюсь порой, что током шибанёт от их фантазий.
– Во-во, – подтвердил дядя Миша.
К тому времени, как мама пошла в нашу сторону, нам с Вовкой уже надоело кататься.
Обойдя кафе с другой стороны, мы наткнулись на дядю Анзори. Он стоял возле мангала и жарил мясо.
– О! Ну как полёт? – поинтересовался он.
– Нам понравилось, – честно признались мы.
