В тот день я впервые решила отстоять свое право, и впервые получила от мужа хорошую затрещину за «непокорность». Не знаю, почему тогда у меня не открылись глаза… Возможно потому, что я была ещё слишком молода, или потому, что Энди слёзно просил у меня прощения и заявлял, что погорячился и на самом деле ничего не имеет против моей работы.
Но на протяжении двух лет это иногда повторялось. Когда он поднял на меня руку во второй раз – за то, что я не сразу поверила в его «сказку» о пролитом кофе на блузку помощницы – я поспешила в родительский дом. Где мама прочитала мне огромную лекцию об обязанности жены терпеть все недостатки мужа.
В конце концов, мне стало стыдно вообще поднимать с кем-то эту тему. Даже с Элизой. А все из-за того, что я боялась отбить у подруги все желание вступать в брак.
Поэтому я терпела. Честно терпела. В итоге дошло до того, что мне стало тяжело находиться с Энди в одной комнате. Сперва потому, что я его боялась, а потом… Потом я просто стала его тихо ненавидеть. Именно тогда я окончательно поняла, что устала от роли примерной по всем канонам общества жены.
Что я «убиваю» себя настоящую. Что я не хочу всю жизнь подставлять «другую щеку», чтобы тешить самооценку мужа.
Ключевую роль в моей семейной жизни сыграла именно измена, которую я увидела собственными глазами, когда вернулась домой на три часа раньше обычного.
Осознание того, что Энди уже таскает своих любовниц в наш дом – стало отправной точкой. Такое открытое неуважение к себе я просто не смогла больше терпеть.
Вот только на развод я подать не могла. Ведь суд даже не стал бы рассматривать мое заявление.
Тогда я сделала то, что умела лучше всего.
Я продемонстрировала Энди себя настоящую. Непокорную и смелую. Наш «бой» длился несколько месяцев. В эти дни мне перепадало особенно сильно. Энди тоже демонстрировал свой «мужской» нрав во всей красе. Но я не сдавалась.
И, в конце концов, добилась своего. Превратилась в глазах мужа в никудышную женщину, в настоящее чудовище…
Так я и получила заветную свободу.
Но за те последние месяцы своего «счастливого» брака, пока длилась наша борьба, я испытала столько тайного ужаса, что просто «похоронила» Энди в новостной колонке.
Я помню, как смеялась Элиза над моей маленькой «шалостью». Я тоже смеялась, но внутри переживала целую бурю эмоций. Этот жест был моей «лечебной терапией», чтобы я окончательно убедилась, что избавилась от Энди Грина навсегда.
Именно из-за этого я так ценю свою свободу. Однажды отдав ее по глупости, мне потом пришлось пройти через ад, чтобы заполучить ее назад.
Поэтому о тех днях я старалась не вспоминать. Ведь я не ставила крест на своей жизни окончательно.