Этот день был полон непредсказуемых приключений — дождь испортил свадебное платье, а храмовник пропал без вести. Гости шумели вокруг, обсуждая последние новости. Но главная проблема — декан выступил с необычным предложением: отделаться от него за 30 дней. Как справиться? Время и решимость — вот что будет менять ситуацию в этой остроумной истории....
Очертания ректора академии с каждой секундой становились все более четкими, вскоре он и вовсе предстал перед нами в своем истинном обличье и занял место за столом по правую руку от Дариела.
— Теряю сноровку, — усмехнувшись, проговорил немолодой мужчина. На его лице не отразилось ни капли вины или сожаления.
— Как мама? — сухо поинтересовался брюнет, пропустив высказывание отца мимо ушей."
"Он снова надел привычную маску отчужденности, о существовании которой я успела позабыть. Лакей тем временем подал еще один столовый прибор для незваного гостя и отрезал от запеченного окорока понравившийся Уолту Невиллу кусок.
— Вся в переживаниях, — отозвался ректор, едва наполнилась его тарелка.
— Что случилось? — вилка замерла у рта Дариела. Темные брови сошлись на переносице.
— О вас тревожится. Как уехали со званого ужина, так и пропали. Не слышно, не видно. Хоть бы весточку о себе послали. Поэтому Изабель меня к вам и отправила: удостовериться, что вы живы-здоровы.
— Ты же нас навещал не так давно.
— Когда это было? — протянул Уолт Невилл и слегка пожал плечами.
— На прошлой неделе.
— Сколько воды с той поры утекло, — ректора заметно потянуло на философию.
Чай, выпечку и фрукты нам подали в гостиную, где мужчины продолжили беседовать о работе и общих знакомых. Некоторые имена я слышала ранее. Скорее всего, это были друзья Невиллов, с которыми мне довелось встретиться в особняке главы академии. Стоило ректору спросить о результатах поездки Дариела, как они переместились в его рабочий кабинет, попросив у меня и у Нарины, присоединившейся к нам сразу после ужина, прощения.
Вечер близился к концу, а обещанная экскурсия так и не состоялась. И это сильно печалило. Не зная, чем заняться, я направилась в музыкальную комнату, села за пианино и заиграла по памяти любимую пьесу. Там-то меня и нашли Невиллы. Едва до моего уха донеслись тяжелые мужские шаги, я вскочила из-за инструмента, но было уже слишком поздно.
— Лилит, а ты слукавила, когда сказала, что не умеешь играть, — губы ректора изогнулись в довольной улыбке. — Твои пальцы двигаются по клавишам довольно-таки бегло. Я не сомневаюсь, что поешь ты так же прекрасно. Дариел, тебе уже доводилось слышать хоть одну песню в исполнении своей невесты? — невзирая на мое смятение, немолодой мужчина уселся на софу, по всей видимости, не собираясь в ближайшее время никуда отсюда уходить.
