Поэтому, кое-как одевшись и в сопровождении демонят спустившись в лекарское крыло, я постучала в кабинет главного лекаря — по договоренности с демоном, больше напоминающей требование, проверял меня исключительно этот мужчина.
— Мисс Вильгельминария… — вздохнул Керин, моментально отметив мое состояние. — И что с вами такое? Присаживайтесь в кресло, присаживайтесь.
— Головная боль началась, — сказала я, с облегчением опускаясь в удобнейшее зачарованное кресло.
— Давно?
— С вечера, — честно ответила я и посмотрела на лекаря: — У вас такое выражение лица сейчас, словно вы тоже от нее мучаетесь.
— При мысли о том, что сделает высший демон с моим лекарским отделением из-за вашей головной боли, у меня болит все, — ласково улыбнулся он мне. — Если вы, мисс эр Шаттэ, себя не жалеете, предпочитая ночь страдать от головной боли вместо того, чтобы найти десять минут и спуститься сюда, то пожалейте хоть меня и моих лекарей. Мы тут в поте лица трудимся не для того, чтобы получать замечания о нашей некомпетентности или бесполезности.
Лекарь сделал какие-то пассы руками — и головная боль сразу же отступила.
— Спасибо! — улыбнулась я, намереваясь уйти, но лекарь схватил меня за руку и строго сказал:
— И куда вы, мисс Вильгельминария Эр Шаттэ? Давайте вас полностью проверим, такие головные боли на пустом месте не возникают.
Через час, когда главный лекарь самолично протащил меня по всем кабинетам, провел все обследования, мы вернулись обратно. Я чувствовала себя прекрасно, а потому не думала ни о чем плохом. Вот только главный лекарь смотрел на меня обеспокоенно, словно нашел что-то нехорошее.
— Есть проблемы? — спросила я.
— Да, и серьезные, — от меня ничего не стали скрывать. — Ваша жизненная энергия значительно упала по сравнению с позавчерашним днем.
— А… Это ничего страшного, — смутилась я. — Я вчера тренировалась в призыве и переборщила.
— Мисс Вильгельминария Эр Шаттэ, при перегрузке такого рода падает магическая энергия, а не жизненная, — устало сказал мужчина. — В норме жизненная энергия вообще не должна снижаться. Но у вас она упала процентов на пятнадцать в сравнении с последним исследованием. Это серьезно, очень серьезно. И самое плохое в этом, что причин для такого снижения я, главный лекарь академии и, позвольте заметить, человек с колоссальным опытом работы с пациентами, не вижу."
"Глава 27
— А по какой причине жизненные показатели обычно падают? — тихо спросила я, понимая, что все совсем не радужно, если уж главный лекарь так себя ведет.
Керин Эль Фанне, если не ошибаюсь. Или Фарне? Стыдно сказать, сколько бывала тут, но полное имя главного лекаря никак запомнить не могла.