К этому времени ирлинги сняли блокировку порталов, и маг, который прибыл с ними, смог открыть портал.
Оставив часть своих людей, мы переместились в столицу. Всё это время Шерридан не отпускал меня ни на шаг от себя. Да и меня саму ничто на свете не заставило бы отпустить его руку. Мне было необходимо тактильное подтверждение, что он рядом и всё это не сон.
После всех событий я чувствовала нереальность происходящего. Одно то, что у меня проявились крылья в реальности, а не во сне, заставляло задуматься. Только сейчас я стала понимать, что могла разбиться. Если бы не крылья, то меня пришлось бы соскребать с камней двора крепости. Получается, что Крон знал о такой возможности и специально меня натаскивал. Возникал вопрос, о чём же он ещё умолчал? Я понимала, что надо будет многое рассказать Шерридану, но ещё не решила, стоит ли говорить ему о том, что Крон входит в мои сны. Какому мужчине это понравится? С другой же стороны, утаивая это, я создавала общую тайну между мной и Кроном, а мне не хотелось иметь с ним хоть что-то общее. Ему и так придётся многое мне объяснить.
Для себя я решила рассказать Шерридану урезанную версию своего знакомства с Кроном. Если сейчас они наши союзники, то не стоит накалять отношения между ними, рассказывая о внимании Крона ко мне. У меня было много времени на обдумывание, прежде чем мы остались наедине. В столице Шерридан был нарасхват. Провёл Совет, решая насущные вопросы. Я присутствовала рядом, потихоньку вникая в обстановку.
Возвращение было триумфальное. Он оказался первым, кому удалось захватить крепость Гранг-дель-Акрассо. По мне же, это было чистое безумие. Между прочим, новому коменданту, назначенному Шером, предстояло решить, что делать с кораблём посередине двора. Убрать его не представлялось возможности. Создать портал таких размеров было невозможно, оставалось лишь разбирать на части.
Вместо дворца Эгнуса гулял ветер. Было решено на этом месте ничего не строить, а покрыть всё чёрным камнем. Молчаливое и устрашающее напоминание о том, к чему приводит обман и непомерные амбиции. Судьбу самого Эгнуса Шер ещё не решил, но подозреваю, его ждёт незавидная участь.
Всё время, пока решали дела, я особо остро чувствовала присутствие Шерридана, как будто между нами была натянута незримая нить. У нас было несколько минут наедине после Совета, когда он ждал доклада наместников. Так он не прикоснулся ко мне, лишь поедал глазами, доводя напряжение между нами до предела. Мне хотелось целовать его, обнимать, зарыться в гриву густых чёрных волос и вдыхать его запах, который всегда сводил меня с ума. Только то, что сейчас должны были войти люди, сдерживало меня. Видя, как я нахмурилась, он хрипло произнёс:
– Не смотри на меня так.