Автор
Футбольный звезда нуждается в девушке, чтобы улучшить свой имидж перед драфтом. Но когда он нанимает красивую помощницу для этой роли, между ними вспыхивает настоящее чувство. Теперь ему предстоит выбор: карьера или любовь.
Мне не нужно далеко ходить, чтобы взять презерватив с ее прикроватной тумбочки, маленькая коробочка, которую она хранила там, стала на два презерватива беднее.
Зубами разрываю упаковку.
Судорожно пытаюсь надеть его, пока Райан лежит и смотрит, поглаживая рукой мою спину.
Вздрагиваю, когда ее ногти касаются моей кожи.
Я нависаю над ней, когда презерватив надет, наклоняюсь вперед, чтобы поцеловать ее, позволяя своему члену болтаться между ее раздвинутых ног. Она двигается, извиваясь бедрами, целует меня в ответ, одновременно играя с моим стволом.
Двигает им вверх и вниз по своей киске, выстраивая его так, чтобы я мог войти в нее, и мы оба стонем, когда я проникаю внутрь.
Мои руки по обе стороны от ее головы, наши рты все еще слиты, когда я начинаю неторопливо трахать ее — и почему-то поцелуй тоже медленный. Каким-то образом поцелуй кажется…
Более интимным.
Как будто мы целовались сотни раз.
Как будто мы заботимся друг о друге так, как заботятся два человека в отношениях.
Мое сердце сжимается.
Подпрыгивает.
Разорвав поцелуй, я зарываюсь лицом в ее шею, запустив одну руку в ее волосы. Удерживаю себя от того, чтобы сказать ей, что она прекрасна и это одна из лучших вещей, которые когда-либо случались со мной, — это было бы ложью, потому что это не может быть правдой. Так ведь?
Ты хочешь спать, чувак. Не открывай рот и не выставляй себя на посмешище.
Но боже, Райан так чертовски хороша, и это не только потому, что она такая чертовски тугая и влажная, а ее волосы пахнут как чертов рай. Ее кожа на ощупь как шелк, а сиськи — самое прекрасное, что я когда-либо чувствовал в своей ладони.
Ты под кайфом, мужик — держи рот на замке.
Но…
Но…"
"— С тобой так чертовски хорошо, детка. — Я целую ее в шею.
Райан переместила руки с середины моей спины, и теперь ладонями ласкает мою задницу.
Сонная, она тянется, целуя мои ключицы, пока я вхожу и выхожу из ее пьянящей, тугой киски.
Хотел бы я видеть ее лицо.
То есть, я вроде как могу — луна дает мне достаточно света, чтобы рассмотреть ее силуэт, но не настолько, чтобы я мог увидеть выражение ее глаз или то, как расходятся ее губы, когда я попадаю в сладкую точку.
Когда она кончает, мое лицо все еще на ее шее, ее громкие стоны вызывают на моем лице ленивую улыбку.
Надеюсь, соседи слышат ее.
Надеюсь, что соседи услышат, когда я начну толкаться сильнее.
Теперь, когда она получила свой оргазм, я могу сосредоточиться на своем: изголовье врезается в стену, ритмично бьется.
