Зеленая планета Нария, расположенная в одном из звездных скоплений, привлекает внимание своей уникальной экосистемой. В академии при поступлении ожидается невероятно высокий конкурс — каждый желающий должен проявить свои способности и таланты. Успеть за десять лет до старта карьеры — мечта каждого будущего специалиста....
Но нельзя показывать свои эмоции собеседнику. Как там нас учили в академии сохранять выдержку? Но именно такой ответ спровоцировал меня отодвинуть от себя практически пустую тарелку и перейти к главному:
– Все же я бы хотела вернуться к цели нашего обеда.
– Что ж, давайте, – с тяжелым вздохом согласился Ройс.
– Помогите мне надавить на родителей Симоны Юр.
Ройс удивленно вскинул брови.
– Как именно? Почему?
Вздохнув, я второй раз за сутки принялась пересказывать историю Квика, и чем больше говорила, тем больше ситуация забавляла Ройса.
– Что ж, пожалуй, действительно стоит проучить. Будут больше ценить собственного зятя. Я примерно представляю, о ком именно вы говорите. Через посредников с ним имеет дело мой отец, и родитель этой Юр понимает лишь политику более сильного. И все же интересная у вас работа.
– Вы издеваетесь? – пытливо взглянула я на собеседника.
– Нисколько. Преподавание однозначно не мое, но тем не менее что-то в нем есть.
– Что вы попросите в обмен за услугу? – решилась задать я самый волнующий меня вопрос.
– Что? – переспросил адмирал.
– Ну, в обмен за свою помощь…"
"– Помнится, насчет Козеро вы не задавали таких вопросов.
– Он ваш друг.
– И это совсем не значит, что я не способен сострадать, – отрезал Рейнол. – Тем более для вас я и так сделаю многое и не могу вам отказать.
– С чего бы это? – нервно усмехнулась я.
– Вы знаете ответ, – прямо взглянул на меня Ройс.
От взгляда его умных, пытливых глаз по спине пробежали мурашки, и отнюдь не от страха.
Я часто вижусь с Рейнолом, и инстинкты меня не беспокоят. Но что будет, если мы перестанем видеться? А его намек по поводу чувств ко мне… Или мне показалось? Некоторые факты и интуиция подсказывают, что я права в своем предположении.
Но как же его любимая женщина? Это я? Или нет?
– Вы играете со мной в загадки, – нахмурилась я.
– Я не играю. Просто вы не хотите слушать. Мне неприятна эта недосказанность, однако мы оба понимаем, что в связи с особенностями нашей расы выхода у нас нет. Но если вы хотите и дальше избегать меня, то наслаждайтесь, пока расследование не закончится.
– Что?.. – начала злиться я, но наш разговор был прерван сигналом коммуникатора Рейнола.
Его вызывал Ремарк. Ракш коснулся терминала и быстро расплатился, после чего галантно помог мне встать.
