Автор
Лондон весны 1815 года - Беркли-сквер, где шелковые сумерки и свет ламп создают особую атмосферу. Мисс Анна Ройл способна умиротворить окружающую суету своим тихим присутствием. Однако ее новое дарование – скрыться, невидимой в пространстве и времени – становится не только удивительным, но и опасным секретом. Как стать невидимой в Беркли-сквере? Пусть Анна покажет вам этот фокус чистого воображения....
– Ну, это довольно невероятная история. – Анна сама сделала глоток воды, надеясь выкроить секунды для обдумывания ответа. Она не могла сказать правды ни при каких обстоятельствах. – Ну, я шла по берегу озера Серпентин в Гайд-парке…
Так она сочинила вторую самую большую ложь в своей жизни.
Графиня была довольно спокойна и вежлива, когда на следующее утро навещала леди Хенсфорт. Но как только они с Анной вернулись, она схватила девушку за руку и втолкнула в библиотеку.
Лэрд сидел за письменным столом. Увидев дам, он поднялся.
– С вами все в порядке? Я беспокоился – вчера вы не пришли домой… Я имел в виду не вернулись обратно.
Леди МакЛарен не могла сдержаться.
– Как ты мог не сказать мне об этом, Лэрд? Я ведь твоя мать! Я почему-то должна слышать такие важные новости от нее – презренной леди Хенсфорт?
– Не возьму в толк, что ты имеешь в виду. – Лэрд бросил удивленный взгляд на Анну.
Анна покачала головой. Но она надеялась, что граф понял главное: леди МакЛарен не обсуждала с Анной причину появления девушки в спальне сына той роковой ночью.
– Мой сын – герой, но скромный герой. Кажется, он даже не подумал рассказать все своей собственной матери. – Леди МакЛарен заломила руки от отчаяния. – Все должны знать. О, они узнают обо всем и в Сент-Олбансе, причем довольно скоро. Я уже позаботилась об этом. Но мы должны вернуться в Лондон – пока не… Нет, пожалуй, есть идея получше! – Она повернулась и, не сказав ни слова ни Анне, ни Лэрду, вышла из библиотеки.
Лэрд сел на свое место, подпер рукой голову.
– Сейчас я герой?
Анна стремглав бросилась к нему:
– Да, кажется, так оно и есть. И вот что, Лэрд, вы всегда были таким храбрым.
– Расскажите мне, Анна, как наше и без того затруднительное положение еще более ухудшилось всего лишь за день?
Анна в порыве чувства справедливости хлопнула ладонью по столешнице:
– На самом деле оно улучшилось! Я постаралась изо всех сил восстановить вашу репутацию.
– То, что вы сломали нос леди Хенсфорт, улучшило наше положение? – спросил он и внимательно посмотрел на девушку. Это невозможно. – Скажите мне одну вещь, Анна. То, что вы сломали ей нос дверью моего экипажа, было случайностью, не так ли?"
"– О, абсолютной случайностью! Несчастный случай. Я даже не знала, чей нос я сломала, пока ваша мать, когда мы были в аптеке, не назвала ее леди Хенсфорт.
