Пожилая женщина шепелявым голосом говорит о своих планах создать семью, хотя ее тело напичкано шрамами. Старшая дочь Аня прибегает со своим зайцем и нитками, отвлекая мать от этих мыслей. Мама решительно отказывается просить у соседки помощи, видя в этом оскорблением своей самостоятельности....
Так ничего не уловив, он вышел в коридор, где столкнулся со Светой. Видимо, той удалось успокоить детей и очень не хотелось их снова потревожить, потому что ругаться она начала шепотом:
— Ты спятил?! Какого черта ты разбил окно?! — выглядела она при этом как рассерженная фурия в брачный период. Волосы растрёпаны, глаза горят, щеки раскраснелись, а износившая тонкая сорочка лишь дополняет образ.
— Ты повторяешься, — улыбнулся Максим, и сам сбитый всем произошедшим с толку.
— Так как тут…
Во входную дверь постучали.
— Я посмотрю, кто это.
Щелкнув замками, он выглянул на площадку. За дверью стоял мужчина лет тридцати на вид, в одних домашних спортивных брюках.
— Чего надо? — не слишком вежливо поприветствовал Макс, сразу прибегая к гипнозу.
— Услышал шум, потом увидел с балкона, что у вас окно разбито, забеспокоился… — монотонно начал отвечать он, но тут рядом втиснулась Светлана.
— Ох, Валентин, простите, пожалуйста, что разбудили.
— Валентин? — Макс непонимающе обернулся к Свете.
Сосед потряс темной кучерявой головой, стряхивая наваждение.
— Светочка, у вас все хорошо? — его тон тут же стал сюсюкающимся.
«Светочка?»
— Да, все в порядке, мы… шкаф попытались передвинуть, а тот упал на окно, там гробина не знаю каких годов была, тяжеленный, и в итоге все вдребезги, — на ходу придумала нелепую ложь она.
— Так ведь ночь же… — нахмурился сосед.
«Кто поверит в то, что ночь — отличное время для перестановок?» — Просто отправить этого надоедливого типа спать под гипнозом, и все.
— Ну а когда еще? Дети только уснули. Так взбудоражены сегодня были из-за переезда, еле утолкала, — резонно заметила Света.
— А, ну да. Логично. — Мужик смачно зевнул.
«Надо же, прокатило». — Макс уже собирался распрощаться и захлопнуть дверь, как сосед повернулся к нему.
— А ты, значит, Семен? А я — Валентин. — Тот бодро протянул руку для рукопожатия. Ничего не оставалось, кроме как пожать ее.
Пожимая, сосед неожиданно наклонился и шепнул ему на ухо:
— Она у тебя такое золото, и дети тоже, не разводись, передумай. Цени ее.
«ЧТО?»"
"Валентин наконец ушел, оставив окончательно обескураженного Максима со Светланой наедине.
— Это что такое было?
— Говори тише, дети спят. — То, как она говорила с ним и с соседом — две большие разницы.
Света вооружилась совком и веником и снова ушла в спальню. Максу ничего не оставалось, кроме как идти следом.
