Пожилая женщина шепелявым голосом говорит о своих планах создать семью, хотя ее тело напичкано шрамами. Старшая дочь Аня прибегает со своим зайцем и нитками, отвлекая мать от этих мыслей. Мама решительно отказывается просить у соседки помощи, видя в этом оскорблением своей самостоятельности....
Если бы семья Ореховых просто стояла на учете как неблагополучная, то вряд ли бы к ним в дом лично пришел «специальный» инспектор с редкими артефактами в ушах против ментального воздействия.
Такие вещицы стоили дорого, даже по меркам его прошлой жизни, когда он был управляющим филиала крупного банка и мог позволить себе практически все.
Это арбитры нынче такое рядовым сотрудникам выдают?
Или Наталья совсем не рядовой сотрудник? Как повлияет то, что он ей открылся? Он сделал это зря? Или же действительно, как сказал кролик, “отлично выкрутились”.
— Ладно, — в его мысли ворвался голос кролика, — когда детишки будут меня в следующий раз гладить, поцарапают их и попробую кровь на вкус. Только если что — я Светлане сдам тебя, что это ты подговорил.
— Не хочу, чтобы она переживала за детей.
— Можно подумать, без этого она за них не переживает.
Если до этого Максим думал, что в квартире царят хаос и бедлам, то на следующее утро отчетливо понял: то были еще цветочки, а ранний подъём и сбор пятерых разновозрастных детей в школу и садик – и есть те самые ядовитые ягодки, которых стоило опасаться.
Рассвет еще даже не начал пробиваться сквозь занавески, как в квартире уже началась утренняя суета.
Проснулся Максим от того, что услышал Светлану, гремящую посудой на кухне. Вот только это он проснулся – дети же спали как ни в чем не бывало.
– Наденька, вставай… – звучно позвала женщина.
Максим сам был ребенком уже слишком давно, но все равно интонации Светы на мгновение и его самого перенесли в то бесконечно далекое время, когда сестра будила его утром.
Он даже испытал на мгновение иррациональное желание подняться и выйти к ней, вот только едва сел на кровати, как путь перегородил кролик.
– Не вздумай открывать дверь. А еще лучше притворись, что ты умер, – шикнул ушастый.
– Что? – не сразу сообразил Максим, но уже буквально через пару минут из-за двери раздались топот, крик и детский плач.
– Ей Денек нужен? Где там этот кролик? – К двери спальни подошли, но вскоре снова послышался топот.
– Она игрушку-зайку хочет. Лилечка, не плачь, найдем мы его.
– Мы вообще брали этого зайца с собой? Или он дома остался? – Кажется, Светлана была на грани паники, чтобы успокоить дочь.
– Да она вчера с ним бегала.
Завывания Лилечки, которая отказывалась собираться куда-то без своей игрушки, было слышно даже через стенку.
