Автор
Погода играла шахматы с городом, меняясь из мороза в оттепель и обратно. В Тарасове осенний холод сменился зимой, а весна ожидаемо нахлынула с внезапными теплыми дождями. Жуткий лед скрывался под грязной тротуарной плиткой — и вот вам настоящая квест-игра на езду: где безопасно проехать, а где не стоит рискнуть?...
Я уж попыталась с ним, а он вежливо так, но в сторону! У него с Аглаей шуры-муры были! Свечку не держала, но точно были! Нутром чую! – выразительно сказала она, и в ее голосе послышалась неприкрытая обида.
– Значит, он ее на руках носил? – переспросила я, вспомнив историю увольнения Трифонова, а заодно решив не акцентировать внимание на безуспешности попыток моей собеседницы устроить свою личную жизнь – это могло далеко увести ее от темы нашего разговора, да и времени мне было жалко, поджимало оно, время-то!
– Носил, – подтвердила Анна Ильинична.
– А Геннадий, как из больницы выписался, уволился, – сообщила я ей.
– И правильно сделал! – поддержала она Трифонова. – Да нет таких денег, чтобы за них жизнью и здоровьем рисковать!
– Вот и он так сказал, – подтвердила я.
– А через несколько дней смотрю, – продолжила Анна Ильинична, – опять-таки «Скорая», но частная. Вынесли Валю на носилках, а за ней Надька с сумками. Ну, думаю, опять в больницу. А их месяц нет, два, три… Я уже волноваться начала! Только, думаю, Вадим-то мне обязательно позвонил бы, если бы с Валей что случилось.
