Внутри просторного кабинета затаилась какая-то мрачноватая тишина, напряженная оттепелью воспоминаний о детстве. Правда в глазах девочки лет пяти было искренне смущение: "А Вы будете нашей мамой?", словно она предвкушала новое слово "приют". Сердце больно колотилось в груди — столько же усталых теней и забот....
– Просто у моей мамы – паранойя насчет мужчин, – вздохнула я. – С тех пор, как у меня сорвалась первая свадьба. Нечего драконить лишний раз.
Мое первое замужество сорвалось, как только парень (теперь уже благополучно бывший) узнал, что я не могу иметь детей. Мне пришлось попасть в другой мир, чтобы исправить это и обрести счастье. В лице Юлиана и малютки Энни.
– Зато ты драконишь меня. И слишком много говоришь, – он с нажимом обвел пальцем контур моих губ.
Юлиан приблизился ко мне так, что каждое слово прошлось вибрацией по коже. Я подалась вперед, и ресницы задрожали. Наши губы почти соприкоснулись, но тут наверху раздался шум. Мы отпрянули друг от друга, бросаясь к лестнице.
– Черт! Ее и на две минуты нельзя оставлять одну! – в сердцах бросила я.
– Энни?
– Маму!
Мы оказались на пороге детской одновременно.
– Мама! – тонкий голосок Энни полоснул по самому сердцу.
– Нет!
Юлиан рванулся следом. Я попыталась выбросить магическую нить, чтобы задержать незнакомца. Портал затрещал тонкими молниями, окончательно захлопываясь. Юлиан бросился на то место, где он только что парил, и взгляд зеленых глаз лихорадочно метнулся по сторонам.
А я заметила маму. Привалившуюся к стене. Черные кудри разметались по плечам, а на лице с сомкнутыми веками застыло отстраненное выражение. Кожа побледнела.
Всхлипнув, я упала рядом с ней на колени.
– Мама! Мама, очнись! – я затрясла ее за плечи. – Черт, не нужно было возвращаться! Это все я! Я во всем виновата!
Меня начинала накрывать истерика. Дыхание срывалось, а с ресниц слетали слезы.
Юлиан оказался позади бесшумно, как хищник. Он рывком ухватил меня за плечи.
Похоже, я попыталась вырваться.
Юлиан прикрыл глаза, пряча строгий и грозный взгляд. Ноздри затрепетали от рваного злого выдоха. Ни слова. Ничего. Меня просто отодвинули в сторону, как безвольную куклу. А Юлиан присел на корточки рядом с моей матерью.
