Молодая девушка остается одна с долгами и тремя сестрами на попечении. Чтобы спасти семью от нищеты, она едет в столицу охотиться на богатого жениха. Но судьба готовит ей встречу с загадочным драконом, который перевернет все её планы и представления о любви.
Подруга хмыкнула себе под нос, но продолжать не стала, вместо этого поинтересовалась о другом:
— А что будешь делать с Чаркешем? Он ведь скоро тоже узнает о твоем новом статусе. Интересно, как отреагирует на это?"
"— Признаться, я не знаю, как с ним объясниться, — ответила я. И наконец улыбнулась: — Но знаю одно: я неимоверно счастлива, что могу больше не ходить с ним на свидания. И тем более не выходить за него замуж. Я до конца еще не могу в это поверить и ощущаю себя, будто попала в сказку.
— Но, с другой стороны, ты ведь не случайно получила это наследство, — возразила Стэйси. — Оно твое по праву рождения. Просто все вернулось в твою жизнь в очень подходящий момент. И как тут не поверить в судьбу?
— Это действительно очень подходящий момент, — улыбнулась я. — Надо будет завтра с утра написать девочкам, чтобы они тоже готовились к переезду. А наш дом в Берри требует серьезного ремонта. Этим я в первую очередь и займусь, когда получу доступ к счетам.
— Не проще ли продать его? — спросила Стэйси.
— Нет! — ответила я с долей возмущения. — Я не могу продать дом, с которым связано у меня столько хороших воспоминаний. Там мое детство, там мои родители. Мы с девочками будем туда приезжать, когда захочется отдохнуть душой.
Следующим утром я не отступила от намеченного плана и до прихода лэра Кэйста успела написать письма в Берри и Чаркешу. Последнему я объяснила причину своей занятости в очень размытых словах и весьма неопределенно высказала надежду на будущую встречу.
Еще накануне Стэйси собиралась ехать вместе со мной смотреть особняк Аннэлей, но с утра она почувствовала себя неважно, пожаловалась на тошноту и головокружение, и решено было оставить ее дома.
Последнее, что я сделала, прежде чем отбыть в свою новую жизнь, — это все же попросила у Кэйнста сумму, равную своему долгу, и сложила ее в конверт, намереваясь передать Кэйхарру через Вилму. После некоторых раздумий вместе с купюрами я вложила в конверт записку с одним только словом: «Спасибо».
Улица Янтарная чудесным образом оказалась по соседству с Платиновой, где жили Кэйхарры, и я решила заехать туда, чтобы побыстрее избавиться от тяготившего меня конверта.
Стоя на крыльце в ожидании, когда мне откроют, я безумно нервничала. Я знала, что Кэйхарр должен быть в отъезде, но все равно не могла не думать о нашей возможной встрече, которой боялась и желала одновременно.
