В книге "Как женить слона" рассказывается о семейных взаимоотношениях и внутренних противоречиях, когда мужчина и его жена начинают разделять совершенно различные взгляды на активную жизнь. Это острый和社会问题，通过细腻描绘日常生活中的矛盾与挣扎。
Я могла бы и вообще не просыпаться, если на то пошло.
Но все это вместе невероятно бесило.
Казалось, что все хорошее в нашей жизни кончилось вместе с его увольнением. Как будто он теперь был менее мужчиной только потому, что не мог летать, решать вопросы по-боевому и командовать другими офицерами. А мы ведь не старые люди. И я вовсе не готова надевать чепец и очки в роговой оправе в тридцать четыре года.
Итак, мы занимаемся любовью. Вернее, это Гриша занимается чем-то в этом духе, а я же лежу и думаю о том, как не правы мы были, что устроили дочери скандал.
– Мы должны пригласить его в гости!
– Кого? – Гриша остановился, приподнял голову и посмотрел на меня в полнейшей прострации. – О чем ты?
– О том, что нельзя делать из этого мальчика запретный плод, – пояснила я мужу, но ему от этого не стало легче. Он лежал «сверху» и недовольно щурился, пытаясь понять, что делается в моей голове. Запоздало я поймала себя на мысли, что, по-хорошему, нужно было все-таки дождаться окончания акта страстной любви.
С минуту в спальне висела напряженная тишина.
– Ты об этом рыжем придурке, что ли? – скривился Гриша, догадавшись наконец, о ком я говорю. Он сполз обратно на кровать, натянул пижамные штаны и злобно меня оглядел. – Думаешь, это был самый правильный момент, чтобы сказать мне об этом?
– Извини, – смутилась я. – Продолжай, потом поговорим.
– Продолжай? – вытаращился на меня Гришка.
– Слушай, я просто все еще переживаю. Ну что с того, что Варя влюбилась? В конце концов, мы должны быть более… понимающими.
– Понимающим? Ты хочешь именно этого? – грозно спросил меня Гриша. – Чтобы какой-то молокосос думал, что ему все можно? С моей единственной дочкой?
– Не переворачивай мои слова! – возмутилась я. – Мы оба работаем, дома почти не бываем и так редко видим Варю, из-за чего много не знаем о ее жизни.
– Ох, глупость какая, – тяжело вздохнул Гриша.
– Почему ты считаешь, что все, что я говорю, всегда глупость?
– Было ошибкой затеять этот разговор, когда я пытался… А, ну тебя, – Гриша сел на кровати и включил тусклую лампу, стоящую на тумбочке.
