«Так, ну-ка соберись», – осек себя он.
– Не фанат направленных на тебя микрофонов и телекамер?
– Шеф вбил себе в голову, что журналисты будут менее кровожадны, если за стол сядет женщина.
– Не имеет значения, что я по этому поводу думаю. Он хочет, чтобы я была там. Не понимаю, как все это будет выглядеть.
– Ты не одинока. Большинство людей не представляют занятия хуже, чем выступать перед публикой. Но когда доходит до дела, по многим этого и не скажешь. Умеют подать себя толпе.
– Мне конец, – пробормотала Нина, тяжко вздохнула и скорчила трагическую гримасу.
– Да брось. Ты драматизируешь. Что от тебя там требуется? Докладывать, отвечать на вопросы?
– Если дословно, то Хельмарк сказал: «Достаточно, чтобы ты просто сидела там».
Алекс приподнял брови, сдержав улыбку.
– Давай пройдемся по всем вариантам. Что самое ужасное может случиться?
Она снова вздохнула.
– Ничего, наверное. Но вдруг мне все же зададут вопрос… И тогда из «предмета мебели» я превращусь в человека, от которого ждут, что он откроет рот и заговорит.
– Так, допустим. Как ты поступишь?
– Переадресую вопрос начальнику.
– Скучно. Слишком просто. Другие варианты? – спросил Алекс, мгновенно включившись в привычную роль коуча. Нужно спровоцировать ее на сложное и неприятное решение. Нина подхватила его подачу.
– Наверное, отвечу на вопрос журналиста сама. Других вариантов нет.
– Ты владеешь материалом?
– По большей части. Планирую взять с собой папку с документами. Выглядит солидно, к тому же – шпаргалка всегда под рукой.
– Элегантно и умно. Сдержанно, но достаточно развернуто, чтобы от меня отстали. Да так, что никто не заметит, что я чуть не надула в штаны от страха.
Он рассмеялся. Шутка – всегда хорошее решение, значит, есть с чем работать.
– Кстати, о штанах: если журналисты покажутся тебе слишком грозными, представь себе, что все они без штанов. И сидят там с голыми задницами. Я всегда так делаю. Без штанов невозможно выглядеть устрашающе.
– Во сколько там твоя пресс-конференция? У меня есть идея.
– Как здорово! – воскликнула Нина, когда они припарковались у клуба лучников. – Как давно ты этим занимаешься?
Алекс достал лук с заднего сиденья. С оружием в руках он чувствовал себя увереннее – словно контролировал бо́льшую часть своей жизни.
– Всерьез? Лет десять. Но до этого еще столько же занимался просто так, для себя. – Он захлопнул дверцу машины. – В моей семье это что-то вроде традиции – все стреляли из лука.
Они двинулись к стрельбищу.
– Трудно? – спросила Нина.
– Я мог бы ответить, что проще простого и что все сразу получится. Но это и правда довольно трудно. И не дает ощущения, на которое люди обычно рассчитывают – с первого выстрела ощутить себя Робином Гудом и элегантно попасть в яблочко.