В дверь постучали, и зашел техник с оборудованием.
Три часа спустя, сидя напротив Свартлинга, Алекс заставлял себя не думать о крошечном микрофоне размером с булавочную головку в петле пиджака. Гангстер наверняка будет внимателен к мелочам, у них чуйка на подозрительные детали. Которые он наверняка интерпретирует по-своему.
Откашлявшись, Алекс Кинг начал коуч-сессию с самым опасным преступником страны. Почему бы и нет?
Микрофон Алекс сразу отдал Нине на парковке у офиса и почувствовал небывалое избавление. На встрече он удивился сам себе, насколько был собран и спокоен, но сейчас, когда все закончилось, его руки тряслись. Он покачал головой, когда Нина вопросительно на него посмотрела.
– Не сейчас. Впечатления потом. Я должен обдумать свои выводы.
– Ну хоть что-то ты можешь сказать?
Он задумался. Хоть что-то может.
– Разговор имел несколько планов. Где-то он явно притворялся, но и косвенно проговорился раз-другой. Не знаю. Надо переварить, переслушать и проанализировать.
Нина не стала протестовать. Она бросила микрофон в бардачок и захлопнула водительскую дверцу.
– Я прослушаю разговор вместе с Хельмарком. Посмотрим, сможем ли мы что-нибудь из него извлечь. Поехали.
Они сели в машину. Теперь нужно было посетить детский сад, куда ходила Юханна Хельмарк. Если вся семья исчезла, то, может быть, в садике что-нибудь знают. Кто-то из персонала наверняка что-то слышал… Попробовать стоило.
Их встретила Моника Биландер, моложавая заведующая детским садом «Одуванчик» в Тэбю. На ее лице застыла внимательно-страдальческая маска, как только она узнала, что к ней обратились полицейские. Она провела их в комнату персонала, где повис запах подгоревшего кофе и детской блевотины, а на стенах были развешаны веселые примитивные рисунки. Все здесь казалось потрепанным, из цветов мебели доминировали коричневый и серый. Яркие игрушки и книжки мало оживляли картину. Беззаботное детство, счастливая пора, ага.
– Нет, спасибо. Итак, Моника, – серьезно проговорила Нина, глядя в глаза заведующей, – что вы можете рассказать по поводу Юханны?
Несколько мгновений взгляд Моники блуждал между Ниной и Алексом, она стала заламывать руки, подбирая слова.
– Она часто отсутствует?
– Только когда болеет, – ответила заведующая с натянутой улыбкой, не способной никого обмануть. Наверное, она так много времени проводила среди детей, что забыла, как общаться с взрослыми.
– Так родители сообщили вам, что она болеет?
После слишком долгой паузы Моника ответила:
Казалось, заведующая вот-вот заплачет.
– Детский сад находится в вашем ведении. Как вы можете не знать?
– Нет-нет, у нас во всем порядок, правда, – проговорила Моника, качая головой, а потом начала кивать безо всякой причины.
Нина строго посмотрела на женщину.