– Поэтому ты постоянно влипаешь в ссоры.
– С чего ты это взял? – тут же воинственно спросил Хельмарк.
– Это говорю я. Ты наступаешь людям на больные мозоли каждый день, сам того не замечая. Тебе полезно понять, как тебя воспринимают другие. Социальная компетенция держится, строго говоря, на одной вещи.
Комиссар склонил голову набок и скептически поднял бровь.
– Да. А чтобы дать участникам моих тренингов возможность лучше осознать самих себя, я составляю профили их личности. В буквальном смысле они получают на руки анализ, описывающий, как их воспринимают другие.
– Какое-то гадание на кофейной гуще…
Алекс покачал головой.
– Они составляют его сами. Я могу пояснить.
– Это матрица для оценки самого себя, состоящая из двадцати четырех утверждений, к которым надо высказать свое отношение. Даже если тот, кто заполняет ее, имеет весьма примерное представление о самом себе, он получит документ, дающий девяносто пять процентов вероятности.
Комиссар взял в руки карандаш и что-то пометил в блокноте.
– Не начинай читать лекцию. Чем это может быть нам полезно?
– Двадцать четыре страницы анализа личности Лукаса Свартлинга.
Комиссар присвистнул.
– И почему я узнаю об этом только сейчас?
– Раньше ты не спрашивал.
Габриэль Хельмарк крепко сжал руки в кулаки. Алекс понимал, что ходит по тонкому льду, но в этом даже был какой-то азарт. Впрочем, в действительности он вспомнил про анкету Свартлинга только после их встречи.
– Анализ можно интерпретировать неправильно. Он описывает поведение человека, но говорит о нем далеко не все, как о личности. Необходимо провести дополнительные тесты. Эти двадцать четыре страницы – важный кусочек пазла о человеке, но далеко не вся картина.
Хельмарк что-то пробурчал себе под нос.
– Я отчетливо помню, что Свартлингу понравилось, когда он его прочел. Он все проглотил, стало быть, согласился. И мы можем на это опереться.
– Ты хочешь сказать, что он подтвердил высокое содержание истины в том, что читал о себе самом?
– Он узнал себя почти на сто процентов. С какой-то деталью не согласился, но я уже не помню, с какой именно…
Почти на целую минуту Хельмарк погрузился в свои мысли, потом снова что-то пробурчал себе под нос.
– Когда я могу это получить?
– Как только я получу доступ к интернету.
В следующую секунду комиссар придвинул к Алексу клавиатуру Нининого компьютера и повернул к нему монитор.
– Сейчас вернусь, – бросил он и исчез в дверях.
После завтрака Фредрик спустился в кабинет тестя и сел за стол, собираясь продолжить работу, но заметил, что стул стал ему высоковат. Он явно не поднимал его уровень – ведь так ему приходилось сидеть, согнувшись в три погибели.
Он замер, прислушиваясь.