Довлатов стоял в ожидании результатов своей последней гонки. Его имя первым шёл по списку победителей, но то, что говорил голос из тьмы — этот загадочный «Великий и Ужасный» Йог-Сот, заставило его сердце забиться чаще. Внутри здания каладрисова офиса царила непреодолимая тишина, наполненная ожиданием — Калибр Личности 8 уже начал своё действие....
Похоже, «Калибр Личности – 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В противовес им чувство пространства бастовало! Вдоль дороги всё заросло травой. А чувство жизни намекало, что её давно не стригли и никаких запахов тут нет. Реальный мир подменялся чьим-то сном наяву.
Ещё раз проверив, скрыта ли аура одарённого, я продолжил двигаться к дому престарелых. Давление на разум постепенно нарастало. Стало чудиться, что это чувство пространства меня подводит, а реальный мир — это и есть показываемый мне сон.
Остановившись, я наложил на себя «Консервацию» — одно из выученных мной плетений на основе святой силы.
[Не торопись,] — голос духа-стража в голове стал напряжённей. — [Основатель может воздействовать не только на стандартные органы чувства. Его стихия — это астрал. Вот почему его «Территория» незаметна. Когда подойдёшь ближе и он тебя заметит, начнутся настоящие проблемы. Ты имеешь дело с параноиком, возвёдшим свою анонимность в абсолют.
Мне стало дурно… Навеянный сон всё больше казался явью. Основатель не применял грубое воздействие на разум. Он действовал куда тоньше, подменяя саму реальность. Совместил «Территорию» — область максимального воздействия силы одарённого — с даром рода, создающим коллективный сон. Будь я азиатом, сказал бы, что это «сила мягкого влияния, доведённая до совершенства».
[Высшая лига,] — дух-страх нервно хохотнул. — [Кто же знал, что в роду Довлатовых, куда ни плюнь, везде такие монстры.]
Когда до дома престарелых оставалось метров двести, я наконец увидел первых местных постояльцев. Первым был совсем уж дряхлый старик, походивший на высохшую спичку. Идя с улыбкой на лице, он держал спину ровно.
Чуть дальше старушка с кривой спиной размахивала руками, словно дирижёр, стоящий на трибуне.
