Встречайте внедорожник, который больше походил на настоящий джип, готовый к экстремальным условиям. Выхлопные вышки и специальные номера на боковой двери подтверждали его навыки в грязных условиях — и это не было обычным городским спортивным суперкаром.
Даже черной нитью детали, — последний оттенок Захара настораживал больше всего, но он никак не мог понять, что с этим не так.
— Красиво, — вот странно вышло, Лэля вроде и спросила, а прозвучало так, будто и сама все увидела, хоть век не поднимала даже.
— Красиво, — согласился Захар с истиной. Но для него эта сорочка красивой показалась лишь потому, что ей так понравилась. — Очень. Сколько хочешь? — повернулся вновь лицом к лицу к мужчине, просто-таки ощущая трепет Лэли от этой вещи.
Но и то, что сама она даже не станет просить, не посчитает себя в праве, понял четко.
— Захар, не надо! — тут же подтвердила его выводы девушка, сильнее стиснув руку своими задрожавшими пальцами. — Такая работа безумных денег стоит всегда. Хоть и стоит, да… Красота же, — она вздохнула с каким-то принуждением, пряча грусть и опустошение. Словно точно знала, что ей о таком и мечтать бессмысленно, не получит никогда.
Это заставило что-то упрямо вскинуться внутри Захара.
"— Сколько? — в свою очередь крепче сжав ее ладонь, вновь твердо глянул на мужчину.
Тот же, казалось, внимательно наблюдал за ними, не пропуская ни единой мелочи. После его вопроса как-то так выпрямился, что глаза в глаза глянул, и тень не мешала. Оба будто в головы, в душу друг другу заглянуть пробуют.
— Бери. Для нее моя жена вышивала. Проверял, найдет ли среди всего, — махнул рукой этот человек, показавшейся вдруг Захару довольным ситуацией.
А вот он сам… Не сказать, что удивился, сразу же ощущал в нем подобность. Да только и обязанным быть не любил никому.
Леля была поражена, он это тоже уловил, притянул, прижал ее к себе, обхватив рукой плечи.
— Мы заплатим, — не согласился, все еще не отводя взгляд. — В долг обереги не принимают.
— Это дар. От моей жены для твоей женщины. Она понимает, кому и когда ее помощь нужна. Сам знаешь, что мне говорить? И я тут не ради выручки с раннего утра торчу, проехав двести километров, — скривился мужчина так, словно устал смертельно с ними говорить.
Захар мог в это поверить. Все в данном человеке просто-таки вопило о том, что он не считал себя душой компании или любителем людей. И предпочитает находиться в куда менее шумных местах, чем рыночная площадь в разгар базара.
— Разве мы или они знакомы? — почему-то прекрасно зная, что это не так, хмыкнул Захар, и даже сожаление испытал: был бы неплохой способ про Лэлю собрать больше информации.
