В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
- Ну всё, сучонок, допрыгался, - прошипел мужчина, срывая с себя подранную рубашку и буквально разрывая одежду на замершем от страха на полу Элерионе. - Ты получишь у меня.
Элерион молчал, понимая, что заслуживает наказание, что не должен был нападать на хозяина, что должен был всё стерпеть. Но Габриэль!..
- Не смей больше думать о своём ублюдском брате, понял?! - Рыкнул Джинджер, словно прочитав, о чём думал обращённый эльф. Влепив юноше смачную оплеуху, он затащил его на кровать и уложил лицом вниз.
Раздался стремительный свист, и боль обожгла спину эльфа, заставив его закричать и выгнуться в спине. Слёзы обжигающим серебром покатились по щекам, а дыхание перехватило - Джинджер редко брался за плеть. А значит, он был в полнейшем бешенстве.
- Хорошо тебе, сучонок?! - Рявкнул мужчина, вновь огрев юношу плетью и заставив его закричать в голос, срываясь на скулёж.
Элерион не отвечал. Знал, что бесполезно. Знал, что сделает этим только хуже, а поэтому покорно подставлял спину под беспощадные удары мужчины, позволяя ему выпустить свою злость и ужас. Так будет лучше. Плеть отлетела в сторону, и Джинджер рванулся к своему эльфу, срывая с него брюки с бельём, затем с себя.
- Поднимайся, блядь, - рыкнул вампир, и обращённый послушно поднялся на кровать и встал на колени, чтобы не запачкать кровью постель мужчины, но зная, что всё равно запачкает и получит ещё больше боли."
"Раздвинув ягодицы Элериона, Джинджер ворвался в него без всякой смазки, заставляя юношу заорать и выгнуться всем телом, вцепившись до хруста пальцев в покрывало.
