Главный герой прожил жизнь в неведении, но истина разрушила его иллюзии. Теперь ему предстоит столкнуться с жестокой реальностью и неизбежным конфликтом. История о прозрении, когда приходится платить кровью за осознание окружающего мира.
Раздел Chitat.online для книги «Камаэль (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Главный герой прожил жизнь в неведении, но истина разрушила его иллюзии. Теперь ему предстоит столкнуться с жестокой реальностью и неизбежным конфликтом. История о прозрении, когда приходится платить кровью за осознание окружающего мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Главный герой прожил жизнь в неведении, но истина разрушила его иллюзии. Теперь ему предстоит столкнуться с жестокой реальностью и неизбежным конфликтом. История о прозрении, когда приходится платить кровью за осознание окружающего мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ароматические же свечи всегда были лавандовыми, яблочными и ванильными. Такой уж был у моей матери фетиш - свечи. Огромные, размером с ногу взрослого мужчины, - да-да, и такие встречались в нашей практике! - маленькие, округлые, длинные, тонкие, форменные, цветные, бесцветные. Иногда мне жутко надоедало выгребать воск из самых неожиданных мест нашего дома - пару раз я находил его даже в холодильнике, но разве мог я что-то сказать матушке по этому поводу? У меня даже были две самые любимые свечи - обе в стеклянных сосудах. Один, напоминающий цилиндр, был заполнен желтоватым воском. Это была ванильная свеча. Надо сказать, что было весьма приятно измазать пальцы в мягком воске и обмазать им руки, которые после этого были весьма мягкими и приятно пахли, но при всём при этом - не оставляли жирных следов. Правда, вскоре в свечи кончился фитиль, и она просто стояла в моей комнате, иногда применяемая, как странный крем для рук. Второй же сосуд был больше похож на полнобокую бочку. Внутри был фиолетово-синий воск. Он пах умопомрачительно - ярко, терпко, приятно. Лавандой. Правда, если я долго жёг эту свечу, у меня начинала безумно болеть голова.
И теперь я лежал, принюхиваясь, как идиот, к подушке, набитой лавандой, пребывая на седьмом небе от счастья. Мне казалось, что ничего не может быть лучше этого домашнего запаха так далеко от дома. И неожиданное понимание пронзило моё тело, разум, душу. Я понял, отчего этот запах сейчас казался мне таким прекрасным и нежным, уютным. Так пах Элерион. Горло скрутил спазм, глаза предательски повлажнели от слёз. Я не смог спасти этого прелестного ангела, хотя должен был, должен! Если я не умею любить, Элерион, то что же за чувства терзают меня теперь? Вспыхнувшее влечение к Габриэлю, закончившееся для нас обоих столь плачевно; непонятная, необъяснимая тяга к Виктору, давшая нам так ярко чувствовать друг друга; а потом ты, мой второй ангел, погибший из-за меня. Слёзы комом сдавили горло, стало дурно, тело содрогнулось. Должен защищать, а сам могу лишь прятаться и смотреть, как умирают дорогие мне существа. Я не знал Элериона, толком говорил с ним меньше дня, но, кажется, понял больше, чем кто либо! Понял его, этого мальчишку, который любил до последнего и не желал отступаться от ублюдочного Джинджера. Нежный запах моего любимого ангела.
Лаванда!
Я даже подумал поискать для себя специальный маленький мешочек, который можно вешать на шею. Помнится, в детстве, когда матушка разбиралась с моим переводом на домашнее обучение, а я скучал и гулял по потолку, я обнаружил для себя ткань и иголку с нитками. Я не знаю зачем, но я начал шить мешочки. Как сейчас помню желтоватую, плотную ткань и светлые нитки, которыми я орудовал.
