– Вот это тот взгляд, которого я хотел от тебя, – улыбнулся он и, склонившись, коснулся моих губ, – но, раз ты меня так напугал – успокой. Ты должен уметь успокаивать и поддерживать своих подчинённых. И я могу дать тебе подсказку, как следует быть с определёнными подчинёнными.
– Это ты себя имеешь в виду? – буркнул я, пытаясь отдалиться от своего коварного ангела, но изголовье кровати тому совершенно не способствовало. Ещё чуть-чуть, и я бы начал скалиться, но мужчина тихо рассмеялся и выпрямился.
– Да, сейчас я говорю о себе, Льюис. Ну же, не кочевряжься. Неужели тебе жаль времени для своего старика?"
"Он откровенно потешался, улыбался, так и сверкая своими чудесными глазами, в глубине которых уместилось желание, жажда, которую не смог бы утолить никто. Пожалуй, тогда и я не мог утолить её, усмирить, а потому единственное, что я мог делать – хоть ненадолго отгонять её, очищать разум своего хранителя, идущего по тонкой леске, держащийся по середине, между тем, зачем в самом деле явился в этот мир и тем, что его просили сделать пробудившиеся чувства. Поведя плечами, мужчина коснулся моих волос, запустил в них пальцы, сжал, улыбаясь улыбкой победителя и захватчика, которая ему так шла, но в то же время коверкала его лицо до невозможного. Светлые волосы чуть вились, водопадом падали на его крепкие плечи, а крылья чуть шуршали, убаюкивая сознание и внимание. Впрочем, я быстро очнулся, когда плоть мужчины ткнулась в мои губы – требовательно и в то же время мягко. Это было… скажем, неприятно. Почти отвратительно, но Аэлирн держал мои волосы крепко, выжидающе глядел на меня и кривил губы в торжествующей усмешке. Нервно сглотнув, я осторожно приоткрыл губы, чувствуя, как внутри всё сворачивается в тугой, жгучий комок, коснулся губами головки плоти, с неуверенностью провёл языком. Ком поднимался к горлу, но я сдержался и обхватил губами.
– Смелее, Льюис, – голос Аэлирна чуть дрогнул, а пальцы впились в волосы сильнее, начиная причинять боль. – У нас не так уж и много времени.
Я закрыл глаза, принялся посасывать, стараясь не касаться языком. Скулы сводило, а дыхания не хватало, но это, видимо, не особенно заботило моего любовника, с губ которого начали срываться довольные вздохи. На миг замерев и поглубже вдохнув, принялся активнее за своё дело. Наверное, я бы даже привык и начал как-то получать удовольствие от происходящего, если бы Павший не прервал меня своим недовольным рыком.
– Да что же ты медлишь!
Вцепившись в мои патлы уже второй рукой, он принялся почти яростно вдалбливаться в мой рот, явно не заботясь о моём состоянии и согласии на такую… грубость. Дышать было совершенно нечем, слюна забивала глотку вместе со смазкой, глаза слезились, и по щекам катились слёзы.