В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
Особенно мне становилось хорошо, когда, выходя поздно ночью после долгих тренировок в правописании и произношении светло-эльфийского, я сталкивался с ним в коридоре и получал невероятно-пылкий и страстный поцелуй после которого ноги подкашивались, а в брюках происходила революция и приходилось запираться в туалете и активно работать рукой.
Метнувшись в комнату, я сел за стол и от ярости ровно и красиво, почти скопировав почерк Габриэля, написал отрывок стиха с самого начала. Слёзы жгли глаза, но я сдержался. Вскоре вернулся эльф с лёгким ужином для меня в виде чашки кофе и сэндвича, которые он делал просто поразительно - с пальцами можно съесть! Но он никогда не рассказывал мне свои рецепты, лишь таинственно улыбаясь.
"Ближе к полуночи, когда я переписал стих полностью на длинный свиток и получил похвалу от Габриэля, я решился вместе с этим сунуться в комнату к брату. Пока эльф убирал писчие принадлежности и готовился ко сну, я скользнул в коридор, а затем к комнате брата. Постучавшись, я на пару мгновений замер, ожидая разрешения, а когда ни его, ни запрета не последовало, тихо скользнул внутрь.
