Но я знал, уже через день-другой он вновь будет отравлять ненавистью воздух вокруг себя. С этим я ничего не мог сделать.
Поднявшись с колен и почувствовав себя наконец в своей тарелке, я закинул рубашку на плечо и вернулся в жилые помещения. В одном из них горел скромный, небольшой камин – сеть шатких труб пронизывала это убежище, прогревая его, но не давая задохнуться. Тонкое слияние магии и чего-то, отдалённо напоминающего инженерию. Перед камином в напряжённой позе застыл Лаирендил. Вот уж кого я точно был рад видеть, хотя только слепой мог не заметить его некоторую злость на меня.
– Как он? – не оборачиваясь, поинтересовался рыжий, глядя на огонь, как загипнотизированный.
– Я всё сделал. Больше приступов не будет, если кто-нибудь опять не вскроет ему лёгкие. – Просто пожал плечом я и опустился на шаткий стул, опёрся ладонями на колени, вглядываясь в фигуру своего оруженосца. Да, семь лет назад он был оруженосцем, а теперь – полноправный рыцарь. – Как вообще получилось, что он заработал пневмоторакс? Болезнь? Боевая травма?"
"– Его ранили, – после долгого молчания отозвался Лаирендил, всё так же не глядя на меня. – Мы делали вылазку в город пару лет назад. С охотой были некоторые неудачи, и нам пришлось искать еду там. Не знаю, что именно произошло и как нас узнали, но один отряд кинулся на нас. Валенсио сражался до последнего. Не знаю даже, где он научился так сражаться, но он убил шестерых, прежде чем последний оставшийся в живых ткнул в него кинжалом. Думаю, это скорее была даже случайность, чем запланированная атака. Целители едва вытянули Валенсио с того света.
– Что ж, приятно знать, что у меня там почти появилась более приятная компания, чем опостылевший муж, – вяло улыбнулся я.
Лаирендил коротко фыркнул и изогнул губы в улыбке, выражение его лица стало мягче и приятней, я, наконец, смог расслабиться. Некоторое время мы молчали, глядя в огонь и думая каждый о своём. Не знаю, чем была занята голова эльфа, а вот у меня была куча вопросов, ответы на которые трудно было получить. Чем сейчас занят Джинджер? Как скоро явиться Аэлирн? Каковы наши шансы на победу? И как там Виктор? Сердце стиснуло ледяной болью, следом – яростью, но мне удалось взять себя в руки и отделиться от слишком ярких эмоций.
– Он часто думал о тебе. – Наконец прервал пагубную тишину Лаирендил и обернулся, скрестил на груди руки, воззрившись на меня с таким обвинением, как будто бы это я нарочно влюбил в себя Советника. – Почти что бредил.
– Я смотрю, это твоя больная мозоль после смерти мужа. – Не совсем ещё остывший после мыслей о брате, я не смог проконтролировать свой язык и тут же прикусил его. – Прости, не стоило мне говорить этого.