В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
«Интересно, – думал Лаирендил, поднимаясь вслед за Аэлирном по винтовой деревянной лестнице. – Что бы сказал Король, увидь он Светлых в таком положении? Вряд ли что-то хорошее.» Павший шёл впереди уверенно, быстро, упруго, перешагивая через одну ступень и при этом не выглядя нелепо. Наверное, не будь им так необходима тишина и незаметность, он бы преодолел её бегом, перемахивая через несколько ступеней. Хмыкнув про себя, дракон пошёл чуть быстрее, не желая задерживать Аэлирна, ведь тот выглядел весьма решительно.
Теперь в казармах слышались окрики, щелчки кнута, звон клинков друг о друга, резкие, грубые команды и тяжкие вздохи. В башне присутствовали окошки, что позволяли выглянуть и осмотреть тренировочные площадки. Несколько десятков вампиров и дроу тщательно отжимались под смешками плечистого великана, что прохаживался вдоль их рядов. Он похлопывал себя рукоятью плети по ладони, выискивая свою жертву и уже предвкушая расправу над самым невезучим из отряда.
– И как вы с такими силами собираетесь сражаться? – понукал он, растягивая толстые, тёмные губы в ухмылке. – Да вас эльфийский ребёнок разделает в два счёта! Соберитесь, тряпки!
Один из молодых вампиров не выдержал и со всхлипом рухнул на пол, отчаянно впиваясь когтями в каменный пол, оставляя на нём глубокие борозды царапин. Все остальные замерли, кто как был, ожидая слов великана.
– Живо к стене! – рявкнул он, хлестнув кнутом возле уха вампира.
Всхлипывая и тяжко дыша, юноша начал подниматься с пола, но дрожащие его руки и ноги подводили хозяина, разъезжаясь в стороны, подламываясь, и вампир, похоже, начинал плакать. Великан дождался, пока провинившийся доковыляет до стены и опустится на колени, стягивая с себя тренировочную рубашку, мокрую от пота. Спина его была испещрена шрамами и свежими ранами, синяками, и, в общем, вид он имел весьма жалкий. И Лаирендил даже был рад, что не смог узнать, чем же закончилась эта душещипательная история – они остановились возле двустворчатых дверей, и Аэлирн, кашлянув, постучался.
– Войдите, – раздался оттуда усталый женский голос.
Подмигнув дракону, Павший открыл двери и прошёл, а рыжему ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. В кабинете начальницы стражи и по совместительству главнокомандующей царила полумгла, и лишь в одном углу тихо потрескивал пульсар, выхватывая из темноты стол, забросанный свитками.
