Порой, даже чаще всего, это гнойный нарост, почерневший, болящий, отравляющий существование. Вскрывать и прижигать такие раны всегда больно, всегда приносит невыносимую муку. Я знал, что после операции пациенту необходим покой. А так же – уход. Но уход обеспечивает не врач, не тот, кто не так давно отточенными движениями вскрыл нарыв. Иными словами, я понимал, что сейчас Аэлирну нужен не я.
Я думал о том, чтобы пригласить Лаирендила составить мне компанию, но великолепно понимал, что после инцидента с пожаром он не слишком хорошо смотрит в мою сторону.
Всем нутром я чувствовал его безмолвное неодобрение, так и кричавшее: «Остерегись, Король, ты на кривой дорожке». За время, проведённое с мужем, я несколько отвык от одиночества, а потому дорога поначалу казалось мне мучительной и тоскливой, но постепенно память, принадлежавшая мальчишке Льюису, который проделал долгий путь до Совета, стала возвращаться ко мне. Я вспомнил, каково это, засыпать возле корней деревьев, с тщательно затушенным костром, просыпаясь от каждого нехарактерного звука, с окоченевшим, замёрзшим телом.
Вспомнил, что такое осторожность и предусмотрительность, хотя, я бы не сказал, что юноша, бегущий от Тёмных, был особенно аккуратным. Он не умел заметать следы, не умел скрывать своё присутствие и следить за конём, чтобы не убрёл ночью восвояси в пасть хищного зверя."
"Побыть одному, перебирая свои мысли и воспоминания, как дракон из легенд хранит свои сокровища, превосходный способ привести себя в порядок. Даже не так. Это помогает не потерять, не забыть, кто ты есть на самом деле.
Находясь в гуще событий, я как-то выпускал из вида, как веду себя, как говорю, о чём думаю. Как правило, я не думал ни о чём, кроме насущных проблем – где пополнить припасы для Светлых, как установить равновесие между Тёмными и Светлыми, как добраться до Джинджера. Что самое забавное, про своего брата во время долгого перехода я даже не вспоминал, у меня и в мыслях не было, что мне стоит развернуться и броситься в Лар-Карвен, пока меня не остановили, чтобы окончить войну единственным ударом.
Более того, в те мгновения это показалось бы мне дикостью. Получи такую власть в свои руки, Светлые бы мгновенно решили отомстить и выбить Тёмных со своих территорий, загнать их в такие глубокие норы, где даже червям будет некомфортно жить. Это было дикостью. Это было неправильно. Это было безумием.
И я был в самом эпицентре, в сердце этого сумасшествия, пытаясь удержать мир от краха. Но тогда я об этом ещё не знал.
