» Густой, горьковатый дым щипал язык и горло, обволакивал лёгкие, слегка пьянил, и я постепенно успокаивался. Всё. Финишная прямая. Мне не хотелось думать о том, что же находится за ней, что ждёт после. Когда придёт время, разберёмся.
– Каков план? – поинтересовался всё же Майлур, не выдержав пытку тишиной.
– Вы отправляетесь к Лар-Карвен и отвлекаете внимание как можно дольше. Без фанатизма, не лезьте на рожон. А мы с Аэлирном отправимся по подземным переходам.
– А дальше? – с лёгким нажимом поинтересовался он.
– Тебя так пугает идея оказаться в сердце империи Тёмных, в окружении миллионов вооружённых воинов? – Алькорэйн ехидно поиграл бровями, растянув губы в безумной улыбочке.
– Не бойся, мы тебя не обидим. А если обидим, то тебе безумно понравится.
Он облизнулся, а Майлур скривился, наморщил нос, отвернувшись. Ему явно не хотелось знать, как же его собираются обижать эти любители оргий и безумных попоек. Я снова тихо рассмеялся, представляя себе лица Сайруса и Майлура, когда они увидят, как Тёмные отмечают победу.
Рядом безудержно захихикал Аэлирн, схватившись за живот. Должно быть, он подумал о том же самом, иначе не объяснить его почти что неприличное веселье. Лаирендил нашего настроения не разделял.
– Король, – негромко произнёс он. – Я защищу тебя, если что-то пойдёт не так.
– Нет. – Я покачал головой. – Даже не вздумай. Оно того не стоит.
Мрачная решимость в глазах дракона пугала, угнетала. Я догадывался, что он, возможно, решит рискнуть собственной жизнью, если я вдруг не справлюсь с поставленной задачей.
И мне не было известно никаких средств, чтобы остановить его, отговорить от безумия. Аэлирн поглядывал на нас несколько странно, словно всё понимал, но я сомневался, что дракон посвятил его в свою страшную тайну, открыл ему свою огненную суть.
Мы миновали Алый мост уже после полуночи, и тогда я попрощался с Велианой, поручив ей командовать штурмом. Оборотниха отнеслась к этому со всей серьёзностью, кивнула мне, пожелав удачи, а затем вместе с остальными двинулась к голове колонны.
Аэлирн дожидался меня в стороне от дороги бледной тенью. Лошадей пришлось оставить, и вскоре мы двигались через лес, стараясь слишком не шуршать листвой и травой, лишний раз не ломать хрупкие сухие ветви под ногами. Луна висела высоко в небе, но её света было слишком мало для комфортного существования. Возможно, кто-то иной не увидел бы ничего вокруг кроме смутных очертаний в бледных полупрозрачных отсветах, пробравшихся через кроны вековых деревьев.