В темном доме только отдельные вспышки молний или мягкие магические всполохи придают контуры стен. Я за столом с маленьким пульсаром, ярко освещая мои бумаги и страницы книги. Остается всего час до того, как я найду ключ к спасению своей жизни и тех, кого люблю.
Элерион замер посреди комнаты и поднял горящий взгляд на мужчину. Губы его дрогнули и приоткрыли белоснежные, острые клыки, которыми он явно планировал разорвать кому-нибудь глотку. Пальцы сжались в кулаки, и юноша даже не обратил внимания на то, что ногти до крови впились в ладони:
- Ах, не планировал его убивать? Ах, ты не планировал убивать моего брата?!
Его всего трясло от злости и беспомощности - при всём желании он не мог навредить своему хозяину, а тем более - убить. Но он мечтал однажды отомстить ему за все муки и за всё зло, что тот сделал ему, совершенно несправедливо по его собственному мнению.
- Ну и что?
Вздрогнув всем телом, эльф отшатнулся и взглянул мужчине в глаза.
"- Ты хоть понимаешь, что теперь нам не жить, если эти двое доберутся до Совета, а?! Они нас с тобой прекрасно запомнили, да ещё и их клуша у нас теперь! Узнав о нас, Светлые сотрут нас с земли. Ты хоть понимаешь, что ты убил не просто Светлого, но ещё и главного Советника? Габриэль - это то, на чём зацепилась война и не начинается.
Полный боли и ненависти крик вырвался из груди эльфа, и он с размаху опрокинул кресло с высокой спинкой, затем вновь вонзив в него когти.
