Потом из-за поворота выплыл толстый, просто необъятный Аркадий Семенович, владелец клиники. Словно океанский лайнер, он продефилировал мимо меня и тоже исчез в кабинете. Я испугалась: похоже, за белой дверью собрался консилиум, неужели собаке так худо!
Неожиданно из-за двери донесся рокочущий бас Аркадия Семеновича:
– Пустое дело так рассуждать! Немедленно несите на рентген!
Еще через пару минут Рейчел вынесли в коридор и потащили куда-то в глубь лечебницы.
– Евлампия Андреевна! – спросил бледный, как лист бумаги, Денис Юрьевич. – У вас есть дети?
Молчавший до сих пор Кирюшка удивленно воскликнул:
– Ну да! Вы ж нас знаете! Я и Лизка!
– А маленькие? – поинтересовалась Алла Евгеньевна.
– Еще Магдалена, – ответила я, – она в гости приехала.
– Сколько ей месяцев? – быстро спросил Аркадий Семенович.
Кирюшка захихикал.
– Скажете тоже, месяцев! Магде восемнадцать, она в одиннадцатый класс пошла!
– Сколько? – удивилась я. – Ты точно знаешь?
Кирюшка кивнул:
– Ага, я сам удивился, она себя ведет, как десятилетняя.
– А младенцы имеются? – не успокаивался Аркадий Семенович.
– Нет пока, – растерянно ответила я, – при чем здесь грудные дети?
– Собака гуляет во дворе, за забором или у вас на глазах? – продолжал задавать идиотские вопросы главный врач.
– Вчера она подкоп сделала и по поселку носилась, – вздохнул Кирилл, – еле-еле поймали, совсем от свежего воздуха офигела! У магазина отловили!
– Мне никто не рассказывал об этом происшествии, – покачала я головой.
– А ты дома-то бываешь? – ринулся в атаку Кирюшка. – Бросила бедных детей голодными…
Я быстро наступила ему на ногу. Иногда Кирика заносит, нет никакой необходимости устраивать свару при посторонних.
Тут раздался крик:
– Аркадий Семенович!!!
Доктора плотной группой рванули на зов. Мы остались с Кирюшкой вдвоем. Я терялась в догадках, что с нашей Рейчел?
Минут через пять Аркадий Семенович в окружении людей в голубых халатах подплыл к нам, в руках он держал рентгеновский снимок.
– Многоуважаемая Евлампия Андреевна, – начал главврач, – мне очень неприятно сообщить вам, вернее, просто ужасно…
Я похолодела, Рейчел умерла!
Аркадий Семенович тем временем продолжал абсолютно не свойственное ему мямленье. Обычно он коротко сообщает:
– Ясно. Операция. Готовим.
А сегодня старательно подбирал слова и никак не мог сообщить суть дела.
– Случается такое, мы с коллегами, естественно, слышали о подобном, тем более со стаффами, все-таки собака сложная.
– Вероятно, отягощенная генетика, – влезла Алла Евгеньевна.
– Да что произошло? – заорал Кирюшка. – Вы не можете нормально сказать?
Аркадий Семенович поднял снимок. Я уставилась на темно-серый лист.