Автор
В Камасутре для Микки-Мауса нет ничего уж совсем человеческого. Автор изучает мир через призовое золото и лимонов, а также бесконечные приключения с любимым котом и динозаврами. Здесь каждый новый персонаж готов раскрыть свой секретный нюанс, будь то чудо-мишка или страшный монстр в темноте....
– Да, – сморщился Кирюшка, – голова у Лампы слабое место, ее обязательно беречь надо! Придумал! На чердаке ушанка лежит, ща принесу!
– Ни за что не надену зимнюю шапку в июне, – я попыталась было возразить, но мое слабое сопротивление было задавлено в заро-дыше.
Глава 29
Через десять минут меня, обутую в ролики, в ушанке и с привязанными к ногам чашечками от купальника, вытащили на дорогу.
– Давай, отталкивайся, – велел Кирюшка.
Я попыталась выполнить приказ, но тут же поняла, что ноги больше не принадлежат мне.
– Выпрямись.
– Втяни живот.
– Убери попу.
– Соедини ноги.
– Не так! Толкайся!
– Не так! Скользи!
– Не так! Стой!
– Не так! Ты на коньках никогда не каталась?
– Нет, – честно призналась я, – ни разу в жизни.
– Чего же зимой делала? – удивился Кирюшка.
Я уцепилась за Лизу.
– Все времена года я проводила одинаково, играла на арфе и складывала мозаику.
– У тебя было страшное детство, – ужаснулся Кирюшка, – небось мечтала о роликах!
– Нет, ни минуты, мне нравилось возиться с картинками.
– Только не ври, – заявила Лизавета, – это занятие никому не может прийтись по душе. Ладно, радуйся теперь, что у тебя есть мы, которые способны воплотить мечту в жизнь. Давай, начали!
«Господи, избави нас от тех, кто хочет одарить нас своими мечтами», – пронеслось в моей голове, и это была последняя связная мысль, потому что дети поволокли меня вперед, приговаривая:
– Не горюй, научишься.
Пару раз мимо проезжали машины. Увидав издали группу подростков, водители осторожно притормаживали, в нашем поселке все стараются демонстрировать хорошее воспитание, но, поравнявшись с нами, шоферы мигом давили на газ. А вы как бы поступили, увидав на проезжей части светлым, душным, безветренным июньским вечером потную, красную тетку в армейской ушанке со звездочкой на отвороте, с привязанными к коленям клоками торчащей в разные стороны ваты.
– Живее, шевелись, не умирай, дома скончаешься, правой, левой…
Я бы точно хотела оказаться от места происшествия как можно дальше.
– Так не пойдет, – утер пот Кирюшка, – мы ее катим, а надо, чтобы Лампа сама ногами работала.
– Как ее заставить, ума не приложу, – вздохнула Лиза, – трусливая она очень.
– Знаешь, как плавать учат? – оживился мальчик.
