Жанр
История древней камеи с изображением Медузы Горгоны связана с загадочным преступлением. Анна Воробьева становится свидетельницей убийства соперницы, а затем ее сводная сестра Света исчезает после визита в Питер. Камея и связанные с ней тайны раскрывают запутанные интриги.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Камея римской куртизанки»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
История древней камеи с изображением Медузы Горгоны связана с загадочным преступлением. Анна Воробьева становится свидетельницей убийства соперницы, а затем ее сводная сестра Света исчезает после визита в Питер. Камея и связанные с ней тайны раскрывают запутанные интриги.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Наталья Николаевна Александрова Легкое чтение Детективы подборки серии
История древней камеи с изображением Медузы Горгоны связана с загадочным преступлением. Анна Воробьева становится свидетельницей убийства соперницы, а затем ее сводная сестра Света исчезает после визита в Питер. Камея и связанные с ней тайны раскрывают запутанные интриги.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Эта древняя камея с изображением Медузы Горгоны, обладающая волшебными свойствами, когда-то принадлежала римской красавице-куртизанке Клодии, но ее история получила неожиданное продолжение в наши дни… Анна Воробьева несколько лет назад стала свидетельницей жуткого преступления: убили ее счастливую соперницу, которая увела мужа Анны, и Воробьеву тогда подозревали в убийстве. А сейчас сводная сестра Света, которую Анна никогда в жизни не видела, пригласила ее в Питер, поселила в своей квартире и… пропала. А вместо нее объявилась другая Света, ничего общего с прежней не имеющая…
Наталья Александрова
Камея римской куртизанки
– Черт знает что! – сказал капитан Петр Лебедкин, входя в свой крошечный кабинетик. – Нет, ну это просто черт знает что!
– Ну что, опять влетело? – Его напарница Дуся подняла голову от бумаг.
– Не опять, а снова, – огрызнулся Лебедкин, но тут же опомнился.
Дуся – баба хорошая, это все знают, и ему, капитану, сильно повезло, что попала она к нему в напарницы. Мало того что невредная, с пониманием и характер хороший, так еще и умная. Друг с другом они отлично ладят, так что вовсе незачем ему сейчас срывать на Дусе свою злость.
Дуся, кстати, не думала обижаться. Во-первых, как уже говорилось, у нее был замечательный характер, и по жизни она была неисправимым оптимистом, то есть верила, что все будет хорошо. Ну не сейчас, так после, со временем.
Такому отношению к жизни очень способствовала Дусина внешность.
Дуся была женщина яркая и сама себя называла «сто килограммов женской красоты». Это она округляла для красного словца, хотя на самом деле если не сто там было, то прилично за девяносто.
Дуся, как уже говорилось, веса своего нисколько не стеснялась, а наоборот, очень собой гордилась.
Впрочем, у нее всего было много: глаза как блюдца, рот крупный, губы полные без всякого геля, волосы росли густо, по выражению парикмахеров, «на троих волос хватит». Глаза всегда сияли, волосы вились сами по себе, и исходила от Дуси такая жизненная энергия, что спокойно можно было бы заряжать от нее батарейки или давать электричество в удаленные и слаборазвитые районы (конечно, если Дуся позволила бы).
Мужчины, видя Дусю впервые, обалдевали от восторга. Те, кто работал рядом, конечно, обстрелялись уже, пообвыкли и новеньких заранее подготавливали, чтобы не было шока.
С женщинами Дуся всегда поддерживала хорошие, ровные отношения, поскольку была не вредной и независтливой. В разговорах со свидетелями Дусе не было равных, люди тотчас проникались к ней доверием и рассказывали все-все, знай только слушай. А слушать Дуся умела.
А во-вторых, Дуся прекрасно знала, что явился сейчас ее напарник от начальства, а начальство, как известно, по головке никогда не погладит, а норовит стружку снять.
