В гостиной квартиры юного княжества разгораются дебаты. Виталий Борисович Пафнутьев из высоких чинов Тайной канцелярии ищет подтверждения вины Алексея, пока воспитатель молодого князя, Прохор Белобородов, убеждает его в правоте выводов.
В пятом часу утра мы с Великими князьями всё-таки собрались и покинули ресторан, направившись ко мне домой.
Заспанный Прохор, обряженный в одни семейники, слегка обалдел от моего появления в квартире в обществе Николая и Александра, с задумчивым видом почесал пузо, и выдал:
— Я, конечно, дико извиняюсь, Ваши Императорские высочества, но лучше б ты, Алексей Александрович, баб домой таскал!
Чем вызвал у Великих князей приступ гомерического хохота…
* * *— Ксюша, ты бы свои восторги поумерила! — высокомерно заявила Голицыной Шереметьева.
— Про тебя, что ли, Анька? — хмыкнула Ксения.
— Про меня, что ли!
— Девочки, не ссорьтесь! — улыбалась Кристина. — А вот я портрет Алексея написать хочу!"
"— Голышом, небось? — съязвила Шереметьева. — У вас там, на Лазурном берегу, эта похабень в порядке вещей!
— Можно и голышом. — кивнула Гримальди, мечтательно зажмурившись. — Это же искусство! У него нет границ и рамок!
— Только попробуй, Кристинка, Лёшку в свою мастерскую завлечь! — прошипела Анна.
— Девочки, не ругайтесь! — это была уже Ксения. — Давайте лучше выпьем!
* * *— Андрей, Андрей! Не злись! — на заднем сидении «Волги» Долгоруких ревела Наталья. — Я отговаривала Ингу, а она ни в какую!
Ты вообще понимаешь, что вы заигрались? — заорал Андрей. — Тебе отец с матерью мало внушений делали? А я тебя сколько раз предупреждал? Куракина, беднягу, увезли, а он так до конца в себя и не пришёл! А в чём он виноват? В том что в Ингу был давно влюблён, да выпил лишнего! Теперь Куракины к Юсуповым претензии будут предъявлять! А если это всё войной Родов кончится? А если Куракины с Юсуповыми перед Алексеем извиняться не захотят? — Андрей схватился за голову, а Наталья завыла с новой силой.
Глава 7
В окнах поместья Юсуповых до самого утра горел свет — сначала с вечеринки приехала зарёванная и напуганная Инга в обществе родичей, присутствовавших в «Трёх Свечах», а потом князю Юсупову позвонил князь Голицын и холодным тоном описал ситуацию.
