В гостиной квартиры юного княжества разгораются дебаты. Виталий Борисович Пафнутьев из высоких чинов Тайной канцелярии ищет подтверждения вины Алексея, пока воспитатель молодого князя, Прохор Белобородов, убеждает его в правоте выводов.
После восьми вечера начались танцы… Подозреваю, что первый раз подразделение «Волкодав» отмечало какое-то событие в подобном формате — получилась не банальная офицерская пьянка, а культурное мероприятие с участием прекрасных дам! Сотрудники постепенно перемешались между собой, девушки буквально купались в мужском внимании, и ни одной из них не удавалось остаться за столом во время медляков. Вика успела потанцевать буквально со всеми — и со мной, и с полковником Орловым, и Смоловым, и Пасеком, и, с «моего разрешения», с Великими князьями, которые помнили моё предупреждение насчёт остальных девушек, и в их сторону старались не смотреть.
— Вопросов больше не имеем.
Вечер у нас закончился около одиннадцати вечера, причём никто не напился, помня слова Орлова о предстоящей завтра работе. Прохору удалось потанцевать с Решетовой целых три раза, и он прямо светился довольством. Перед своим уходом полковник отозвал в сторону Вику, Прохора и меня.
— Так, дамы и господа, слушайте меня внимательно. — сказал граф. — Вика, завтра днём жди звонка, будешь девушек своих забирать, машину я пришлю. — Вяземская кивнула. — Прохор, хочу тебя попросить поучаствовать в предстоящем мероприятии, могут понадобится лишние квалифицированные люди, знающие нашу специфику. — мой воспитатель тоже согласно кивнул. — Алексей, ты против не будешь?
— Нет.
— Машину за вами тоже пришлю. Ждите звонка.
Когда гости разошлись, мы все поднялись в нашу с Прохором квартиру и расположились в гостиной.
