Минут через пятнадцать к нам подошел довольный Цесаревич:
— Не зря мы этого пердуна старого так аккуратно взяли. — негромко сказал он нам. — Архив Халик собрал достойный. Благодарю за службу, бойцы! Награды и прочие блага воспоследуют. А теперь, марш отдыхать, а у нас тут работы еще непочатый край.
— Александр Николаевич, а мне доступ к архиву дать… — протянул Литвиненко. — Одним глазком только на инфу взглянуть, да флешку в разъем на минутку сунуть…
— Вот Годун разберется с архивом, остальных Никпаев хорошенько допросит, и дам я вам доступ, Николай Николаевич, не переживайте.
— заверил его отец. — Не ко всему, конечно, а к тому, что будет интересно вашему ведомству.
— Спасибо, Александр Николаевич. — кивнул Литвиненко. — Могу я эти ваши слова передать генералу Воронцову?
— Безусловно, Николай Николаевич. А теперь отдыхайте. И не забывайте про мою просьбу, касающуюся вот этого молодого человека. — отец указал на меня. — А то Белобородов будет очень занят в ближайшие сутки.
— Все помню и бдю.
— Алексей, намек понял?
— Понял, папа. — вздохнул я. — Хлопот не доставлю. Если что, зовите, буду у себя в палатке.
— Всенепременно, сынок…
* * *Поднялся я около полудня, обратив внимание на то, что Прохор еще даже не приходил — его кровать была не тронута. Братьев, кстати, не было тоже. Сходив в душ, прямо в полотенце устроился за столом с чашкой кофе и позволил себе расслабиться — напрягаться и торопиться было уже ни к чему. Как я понимал сложившуюся обстановку, нам осталось только пройтись по маковым полям, чтоб остальным Родам Афганистана было, чем заняться следующей весной, да устроить обещанное торжественное сожжение Никпаев.
Какие тут у нас еще могут быть дела? Дела тут будут у дядьки Константина, Годуна с его подчиненными, да у Пограничников. Может еще кого-нибудь из Отдельного корпуса жандармов в помощь пришлют…
Что же касается этих наемников во главе с колдуном. На этот счет я старался не думать, разберутся без меня — вон как царственный дед орал на отца и дядьку! А то, что я услышал сегодня утром про найм вертолета и акцент? Значит, шуршат уже те, кому положено, выполняют высочайшее повеление.
А я все, что знал и чуял, доложил. В одном полковник Литвиненко был прав — подманили меня эти господа, как дурачка последнего подманили. Но ничего, соответствующие выводы сделаны, постараюсь больше так легко не попадаться и лишний раз не геройствовать.