В кабинете канцелярии царил мрачный воздух — тишина подавляла, словно гнетущая пелена сковало каждое дыхание. Вокруг только бумаги и чернил, а Викуся смотрела на меня с ненавистью в глазах. Страшное замешательство и межведомственная тяжба — вот каким был мир за стенами этого уютного кабинета....
Для солидности. Не возражаешь? — я согласно кивнул. — Вопросы?
— Три вопроса, деда. Первый касается Петровых. Они Кремль хотели посмотреть.
Император посмотрел на Цесаревича, который мне сказал:
— Решим. Прохор будет в курсе.
— Второй вопрос. Николай с Александром Романовы просили за них словечко замолвить. Очень они на границу с Афганистаном хоть на денёк съездить хотят.
Дед переглянулся с отцом.
— Вот ведь два неугомонных курсанта! — хмыкнул Император. — Они уже своих родителей достали этим Афганистаном, как те мне рассказывали! Теперь вот через тебя решили действовать! Саша, что скажешь?
— Я-то не против их на пару дней с собой взять.
— Согласен. — кивнул дед. — С Александром и Петром я переговорю, дальше пусть сами думают, как им с внуками поступать. Так братьям своим и передай, Алексей, что без согласия родителей они всё равно никуда не поедут. Какой третий вопрос у тебя был?
— Наказание Пафнутьева и Белобородова, деда.
— Ладно. — махнул рукой он и обратился к сыну. — Саша, передай Виталию и Прохору, что за них очень уж сильно Алексей Александрович хлопотал. Пусть ему спасибо говорят. — отец кивнул. — У тебя всё, Алексей?
— Теперь всё.
— Тогда до завтра. — Император встал, за ним встали и все остальные.
Уже на крыльце дома отец выдал мне последние инструкции:
— Я понимаю, что у тебя сейчас напряженный график, Алексей, но своих Дворцовых тебе действительно лучше потренировать самому, тут Государь абсолютно прав.
— Договорились.
— И делай это только под надзором Прохора, а я тебе потом Лебедева пришлю. И еще, Алексей, отец не стал поднимать эту тему, но он к тебе на новоселье приедет вместе с твоей бабушкой. Мы можем надеяться на твое разумное поведение?
— Можете. — вздохнул я. — Бабушкам мы завсегда рады…
— Очень на это надеюсь. — хмыкнул он. — Все, езжай, тебя Михаил Николаевич уже заждался.
Домой я ехал с дедом, князем Пожарским, в его «Чайке».
— Деда, чего Государь ко мне с Анькой Шереметьевой пристал? — решил «пожаловаться» я.
— Так невесту тебе Николай присматривает. — усмехнулся он.
— Это то я как раз понял. А не рановато ли?
— А чего рановато? — дед улыбался. — Женилка у тебя выросла, вон, с двумя барышнями регулярно сожительствуешь, присягу ты принял, орденок имеешь, теперь и женить тебя пора.
— Ты серьёзно, деда? — «возмутился» я.
— Вполне.
