Ренье терпеливо отвечал на вопросы Альберта: — Кровавый бунт не закончился, и русские уж точно не уйдут без боя. А почему же ты не волнуешься за Николая? Ему пришлось пережить много премиров от Романовых старших... — Не беспокойся, Альберт, сейчас он занят стратегическим совещанием с другими Великими Сынами и матерями России. Они уже выработали идеальный план действий....
Смело можно было ставить до сегодняшнего дня неизвестный медицине диагноз «Ушиб всего организма» — меня как через мясорубку пропустили, предварительно обсыпав жгучим перцем и настучав по голове молотком!
Усилием воли отстроился от совсем уж сильных болей в конечностях и попытался глянуть себя со стороны. Получилось у меня это только с третьей попытки и на пару мгновений, но увиденное внушало осторожный оптимизм — тело светилось с легкой пульсацией, а явных разрывов в энергетических связях не наблюдалось.
— Кабаки и бабы доведут тебя до цугундера, Лешка! — мысленно поморщился я.
Дурнота пришла резко, до фиолетовых кругов перед закрытыми глазами… Сглотнув, все же сумел оставить содержимое желудка внутри и снова мысленно поморщился:
— Опять? И сколько дней на этот раз я не смогу пользоваться темпом?..
— Лешенька, ты меня слышишь? — в голосе Марии слышались трагические нотки.
— Да… — прошамкал я сухим языком. — Пить…
И попытался открыть зенки…
Господи, стыдоба-то какая! Жалостливые выражения лиц со слезами на глазах Марии, Варвары, сестер Гримальди, Стефании Бурбон и остальных девушек из нашей компании были еще понятны — чего еще от них ждать? А вот трагические физиономии Коли с Сашей, как и остальных молодых людей, реально напрягали!
Мария же аккуратно подняла мою голову за затылок и поднесла бутылку с водой к губам.
— Лешенька, ты же весь седой! — с надрывом заявила старшая сестра.
— Ваня говорил… — буркнул я, напившись. — Сфоткай и покажи, плиз… Ага, точно седой, — и растянул потрескавшиеся губы в улыбке, — только брови темными остались…
— Так порода! — горделиво выпрямилась сидевшая рядом Варвара.
— И не говори… — я попытался сесть, но дикая боль во всем теле не дала этого сделать.
— Лежи, Лешенька, лежи, — залепетала Мария, — дядька Иван сказал, что тебе пока вставать вредно.
— Где он? И где Прохор?
— Здесь мы… — оба-двое протиснулись через строй молодежи.
— Как обстановка? И не мог бы кто-нибудь найти мне походный стульчик, плиз?
Из краткого отчета воспитателя выходило, что серьезно никто из кортежа не пострадал, как и среди сопровождавших нас журналистов, малый свет практически полностью пришел в себя; Романовы в курсе и уже вовсю напрягают Бурбонов; трупы нападавших нашли, и сейчас там все оцеплено полицией в ожидании более квалифицированных представителей французских спецслужб.
