Ренье терпеливо отвечал на вопросы Альберта: — Кровавый бунт не закончился, и русские уж точно не уйдут без боя. А почему же ты не волнуешься за Николая? Ему пришлось пережить много премиров от Романовых старших... — Не беспокойся, Альберт, сейчас он занят стратегическим совещанием с другими Великими Сынами и матерями России. Они уже выработали идеальный план действий....
— Пошли вон! — заорал король. — И без внятного результата, который я смогу предъявить Романовым, Медичи и Гримальди, можете не возвращаться!..
* * *"
"— Как клятый Западловский умудрился ввязаться в эту авантюру? — орал король Польши Сигизмунд на своих министров иностранных дел и государственной безопасности. — Вы что, хотите, чтобы русские послезавтра в Варшаве были? Они вам это обеспечат! А этот бешеный Алексей еще и с западных наших границ, раз уж он там находится, со своими двумя братьями такой прорыв устроит, мало не покажется! И крови эти молодые Романовы совсем не боятся, господа, если судить по недавним событиям в Испании и в Афганистане!
— Государь, — полуназидательным тоном начал дипломат, — мировой общественностью это будет расценено как грубое попрание норм международного права…
— Романовы вертели твое международное право на причинном месте! — рявкнул Сигизмунд.
— Злой вы, государь! — обозначил улыбку дипломат и поклонился. — Но я тем не менее готов выполнить любой ваш приказ!
— Кто бы сомневался… — буркнул тот. — А ты чего там жмешься, родной? — Сигизмунд смотрел на «скромничающего» за коллегой министра государственной безопасности.
— Всех до единого, государь! — вскочил «безопасник». — Они точно ничего не знают о похождениях Яна, мы проверили, но мы готовы их хоть сейчас…
— Не надо их «прямо сейчас», оставим до запроса со стороны Романовых — деваться нам все равно некуда.
— Сделаю, государь…
* * *
— И как мы должны к этому относиться? — орал император Николай.
