Автор
Британский агент Бомонт Белхем получает необычное задание: под видом камердинера проникнуть в дом человека, подозреваемого в предательстве. Но эта опасная миссия оборачивается совсем не так, как он ожидал, когда в его жизни появляется тот, кто способен перевернуть всё с ног на голову.
А у мистер Каннингема как с этим – нет проблем? – продолжил выпытывать Белл.
Марианна внимательно наблюдала за ним. Это был явно не пустой разговор: что-то Николас хотел узнать про лорда Каннингема вне всякого сомнения.
– Насколько я знаю, лорд Копперпот пишет письма сам, – вмешалась она.
Белл раздраженно взглянул на нее, поскольку с нетерпением ждал ответа Уилсона:
– О привычках лорда Копперпота я могу поговорить с мистером Бротоном, если понадобится.
– Сомневаюсь, что с ним вообще можно о чем-то говорить, – усмехнулась Марианна.
Белл проигнорировал ее замечание и опять обратил все свое внимание на мистера Уилсона.
– Лорд Каннингем, наверное, доплачивает вам за дополнительные услуги?
– Да какое вам дело? Что вы прицепились? – рявкнул Уилсон, недовольно глядя на Белла.
– Мне просто интересно, кто какую дополнительную работу выполняет и сколько за это платят. – Белл пожал плечами и обратился к камердинеру лорда Хайтауэра: – А вы, мистер Брумсли, пишете письма для хозяина?
– Нет, – спокойно ответствовал тот. – Его милость предпочитает делать это сам.
– Чем больше господа делают сами, тем лучше, – вмешалась миссис Уимбли, которая, дабы почтить своим присутствием ужин, даже встала с постели.
– Да ладно вам. – Миссис Котсуолд нахмурилась. – Что это за разговоры? Если они все будут делать сами, мы останемся без работы.
От Марианны не укрылось, что миссис Котсуолд и Николас обменялись взглядами. Неужели она знает, что никакой он не слуга? Интересно.
Ужин закончился, и слуги разбрелись по комнатам. Марианна, поскольку все же несколько перебрала спиртного за ужином, заснула, едва коснувшись головой подушки, но среди ночи ее разбудил негромкий стук в дверь.
Она села и прижала ладонь ко лбу. Похмелье – вещь крайне неприятная. Ох, не надо было столько пить.
Марианна, выбравшись из постели, прошлепала к двери.
В коридоре стоял Николас: босой, в обтягивающих бриджах и рубашке, расстегнутой до пояса.
Убедившись, что рядом никого нет, она махнула рукой, приглашая его войти.
Николас переступил порог и тихо закрыл за собой дверь, а Марианна поспешила к столу и зажгла свечу. На ней была только ночная рубашка: даже халат накинуть не удосужилась, – густые волосы, изрядно спутанные, волной струились по плечам и спине.
– Спасибо, что не прогнала.
– А у меня был выбор? Я же не могла позволить, чтобы кто-нибудь тебя увидел у моей двери."
"Она уже приняла решение отказаться от своего говора в его присутствии, тем более что он уже все понял.
– Все спят.
