Автор
В глубинах Олимпа ждут каникулы самый могучий бог и его верный советник. Главные герои, под ударами шутовского закона Рандома, пытаются выжить в этом мире без порядка и справедливости. Судьба каждого зависит от капли случайности — а значит, каждый может стать жертвой или спасителем. Внутренние конфликты героев создают напряженную атмосферу, где каждое слово имеет значение, и судья Рандом оставляет неизвестным, кто же победит в этих кровавых каникулах....
— И много можно будет сэкономить? — поинтересовался я, хотя, честно говоря, меня мало интересовали уступки, так как это здание я был готов купить за любые деньги.
— Два миллиона точно, — кивнула девушка, и тут я понял, что для неё-то это реально большие деньги. Впрочем, и для Игоря тоже. — На большие уступки они вряд ли пойдут.
— Неплохо, неплохо, — кивнул я, больше интересуясь псиной, которая теперь неотвязно ходила за мной. — Хватит вычистить подвал от бетона?
И решил, что надо будет отдать эти деньги ей.
— Думаю, да, — ответила моя спутница, пожав плечами, а затем всё-таки обратила внимание на волкодава, семенящего возле моей ноги. — А откуда животинка? — ей действительно было интересно, я слышал это по голосу. Она находилась сейчас в той стадии, когда человеку интересно абсолютно всё, что касается объекта воздыханий.
— Типа того, — ответил я, косясь на псину. — Приблудилась вчера там. Но я знаю, кто её предыдущий хозяин.
— И как его зовут? — спросила она, выглядывая спереди, чтобы увидеть морду волкодава. — Это же мальчик, да?
— Ага, — нахмурился я, соображая, как буду выглядеть, придя на сделку с собакой. — Кобель, — тот обиженно взглянул на меня. — Зовут его Дезик.
— Почему Дезик? — улыбаясь спросила Даша.
— Потому что прежний хозяин звал его Дизлайком, но он такой милаха, что ему это имя не идёт, — при этих словах цербер закатил глаза.
Сделка прошла на удивление легко. Только в самом конце, когда зашла речь о скидке из-за залитого бетоном подвала, хозяин, представившийся Андреем, заметил."
"— Вы слишком мелочны для княжича, — причём, по нему было видно, что он и десять миллионов скинул бы, лишь бы избавиться уже от этого сомнительного, на его взгляд, актива. — Впрочем, у вашего рода существуют некоторые финансовые трудности.
— А вы слишком прижимисты и зажаты для владельца борделя, — я решил не оставаться в долгу. — Возможно, это какие-то комплексы?
— Теперь это ваш бордель, — через губу заявил продавец, спешно ставя свою подпись под договором. — Любитесь с ним сами, как хотите.
— Любитесь? — переспросил я Дарью, когда продавец ушёл вон. — Мне не послышалось?
— Не знаю, — она развела руками. — Мне показалось, что так он скрыл другое слово.
