Автор
Я часто думаю о том утро, когда пришло первое неизвестное письмо. Его привезли перед завтраком. На первый взгляд это обычное местное письмо с отпечатанным адресом. Я первым развернул его, не обращая внимания на другие письма с лондонскими штемпелями — счет и другое сообщение казались менее важными....
Джулия сказала ей на прощание пару ласковых и пошла к входной двери.
На пороге стояла мисс Хинчклифф.
– Добрый вечер, – хрипло сказала она. – Прошу извинить за вторжение. Надеюсь, инспектор уже позвонил?
– О вашем приходе он нас не предупредил, – пробурчала Джулия, проводя ее в гостиную.
– Он сказал, что, если я не хочу, я могу не приходить. Но я пришла! – отчеканила мисс Хинчклифф.
Никто не выразил ей соболезнований и ни словом не обмолвился о гибели мисс Мергатройд. У энергичной мисс Хинчклифф было настолько скорбное лицо, что все становилось ясно без слов и любые соболезнования были не к месту.
– Зажгите свет, – попросила мисс Блэклок, – и подбросьте в камин угля. Я жутко замерзла. Проходите, мисс Хинчклифф, садитесь поближе к огню. Инспектор обещал приехать через пятнадцать минут. Значит, он вот-вот будет здесь.
– Мици снова спустилась вниз, – сообщила Джулия.
– Да? Мне иногда кажется, что она сумасшедшая, просто сумасшедшая. Но, может, мы тут все безумны?
– Терпеть не могу, когда преступника называют безумцем! – возразила мисс Хинчклифф.
"С улицы донесся шум машины, и вошли Краддок, полковник, миссис Истербрук, Эдмунд и миссис Светтенхэм. Вид у всех был подавленный.
Полковник Истербрук сказал голосом, прозвучавшим как далекое эхо его обычного голоса:
– Ха! Хорошее пламя!
Миссис Истербрук села рядом с мужем, не снимая шубы.
– Ужас, правда? – затарахтела она. – Ужас, что творится. Вот уж поистине, молчание – золото. Никто не знает, кто будет следующим… это как чума. Мисс Блэклок, дорогая, вам не кажется, что нам не помешало бы выпить чуточку бренди? Всего по полрюмочки.
